Самым успешным целителем может быть тот, кто сам был исцелен.
Глава 7
Правильное время
Среди обитателей кампуса Лаврентийского университета в Канаде подвал Майкла Персингера был известен как Комната Рая и Ада. Комната СOO2В, списанная звуковая кабина, была оборудована в 1970-х годах, и ее первоначальный интерьер сохранился: огромные колонки, темно-оранжевое жесткое ковровое покрытие и единственный предмет мебели – потертое коричневое кресло. Более 2000 людей сидели в этом кресле в полнейшей темноте с желтым мотоциклетным шлемом на голове, полностью доверившись на следующие полчаса ученым в стеклянной кабине. Персингер, нейрофизиолог, был «богом» комнаты СOO2В. Он стал экспертом в манипуляции мозговыми волнами, и в результате его воздействий испытуемые переживали божественный опыт или, как он сам говорил, «ощущение присутствия». С помощью нескольких простых команд, введенных в компьютер, он заставлял шлем передавать низкочастотные магнитные поля, которые проходили через височные доли добровольцев, внезапно переключаясь между полушариями мозга, усиливая трансцендентальную и порой пугающую природу переживания [232].
Испытуемые, сидящие в коричневом синтетическом кресле с откидной спинкой, видели Иисуса, Деву Марию, Мухаммеда, монахов в рясах с капюшонами, рыцарей в сверкающих доспехах и индейское божество по имени Небесный Дух. Возникали переживания выхода из тела, оживали воспоминания о клинической смерти. А один журналист перенесся в самый трансцендентный момент своей жизни – время, когда его взгляд впервые упал на идеальную грудь девушки, с которой он встречался в школе.
Не все эти люди встречали Бога. Были видения инопланетян и похищения ими, был даже сатанинский ритуал. Один доброволец, испытавший ужас от огромного количества глаз и запаха горящей серы, попытался сорвать с себя шлем, повязку, закрывающую глаза, и наушники. Когда 230-килограммовая дверь открылась, он буквально вылетел из помещения.
Согласно объяснению Персингера и его ассистентов, природа переживаний зависит от физиологической конституции человека, а именно от чувствительности левой амигдалы по сравнению с ее «двойником» в правой части мозга. Если у вас чувствительней левая амигдала и через нее пропускают магнитные волны, вы попадаете в рай. Если вам не повезло родиться с более чувствительной правой амигдалой, то вы попадаете в ад [233].
Персингер был одержим единственной и необычной страстью: тонкими влияниями геологии и метеорологии на человеческую биологию, в частности на электрическую активность мозга. Рожденный на юге Америки, Персингер переселился на север в 1960-х годах, чтобы избежать призыва в армию и вероятного направления во Вьетнам, военные действия в котором он морально осуждал. Персингер остался в Канаде после того, как получил место профессора в Лаврентийском университете в 1971 году. Сорок лет спустя он уже не походил на уклониста от военной службы, в своем костюме-тройке в тонкую полоску, с карманными часами на золотой цепочке и грубоватыми, небрежными манерами. За этим консервативным внешним обликом скрывалась дерзкая любознательность, которая заводила его в самые экзотические области: ритмы биологических систем, непостоянная энергия внешнего пространства, природа эпилепсии, источник мистических видений – вот разнообразные области, которые сошлись для него в единой точке после экстраординарного переживания эпифании. Персингер понял, что живые существа настроены не только друг на друга, но и на Землю с ее непрерывно меняющимися магнитными энергиями. Это откровение, основанное на открытиях Франца Халберга, убедило меня, что тщательный учет времени для совмещения с этими энергиями может иметь первостепенное значение для эффективного намерения.
