О Дочь Творца, о Король-полководец!Звездное облако ее боевой плащ,Волны длинной мембраны – ее усики.Словно на суперструнах, она играет на всем сущем.Она перемалывает космос в темную материюИ швыряет ее в вечный мрак звездной пропасти.Но Король, с которой он сейчас беседовал, не производила такого грозного впечатления. Снедаемый любопытством, Певун спросил:
– Простите мою самонадеянность, Ваше Величество, но наследники Творца, которых ищет эта загадочная низкоэнтропийная сущность… это ведь мы?
Король вздрогнула, однако вспышка окутывавшего ее света указывала скорее на тревогу, чем на гнев. Она явно думала о том же.
– Не знаю, – ответила она. – Возможно, низкоэнтропийная сущность – это нечто, чего мы вообще не в состоянии уразуметь.
Певуну пришлось некоторое время подумать, чтобы понять значение слов Короля. А когда понял, озноб пробрал его до глубины души.
– Если низкоэнтропийная сущность и вправду посланница Бога Смерти, то…
– То тогда она ищет нас, – закончила Король.
Певун не нашел что ответить.
– Не знаю, зачем я рассказываю тебе это, старейшина Певун, – произнесла Король. – Но да ладно. Тайна умрет вместе с тобой. Я хранила ее миллиард и триста миллионов зерен времени. Больше я не хочу ее хранить.
Певун видел, как тускнеет защитное пламя, окружающее Короля. Это означало, что ее жизненная сила убывает. Король все больше становилась похожа на обычную Гибкую.
Гибкую, которую он мог бы любить…
Певун подавил непочтительную мысль и приготовился выслушать рассказ Короля.
* * *
– Война между Смертью и Творцом – не миф; она произошла в действительности еще до зарождения нашей расы. Сама звездная пропасть образовалась в результате великой битвы. Чтобы избежать расправы со стороны Изгнанницы-Смерти, Творец спрятался в живом море вблизи звездной пропасти. Но Творец был слишком слаб, и жить ему оставалось всего несколько миллионов зерен времени, поэтому он создал Созерцающих Бездну. Мы не потомки Творца, мы его творение. Как только у нас развился примитивный разум, Творец дал нам цивилизацию, научил технологиям и сделал меня Королем. И после этого умер.
Я не дочь бога, и я не воскресала через три дня. Я была когда-то обычной Гибкой, как и все прочие Гибкие. Но Творец избрал меня и наделил нетленным телом и неукротимым духом. У меня только одна миссия: защищать родной мир. Наш мир – это гигантская машина, которую создал Творец. Она скрывает в себе механизмы невероятной мощности, цель которых – наблюдать за космосом и следить, не предпримет ли Изгнанница-Смерть попытку реванша. Стоит только Богу Смерти приступить к финальному заклинанию, как машина узнает об этом и сможет найти ее жилище. И в тот же миг звездная пропасть и двадцать звездных облаков вокруг нее будут обращены в чистую энергию и направлены за пределы нашей Вселенной, чтобы разрушить дворец Смерти.
– О небеса! – воскликнул Певун. – А я и понятия не имел, что родной мир обладает такими мощными технологиями!
Певун хорошо знал, что значит преобразовать звездные облака в энергию. Этой энергии хватило бы, чтобы уничтожить все между родным миром и семенем Певуна, находящимся за сорок миллиардов структур отсюда.
– Это не технология, разработанная нашей расой, а механизм, созданный самим Творцом. Если бог-изгнанница сотворит свое роковое заклинание смерти, машина включится автоматически, без постороннего вмешательства. Наше единственное предназначение – защищать родной мир. Ради этого Творец наделил нас мощью, достаточной, чтобы господствовать над Вселенной. В древних мифах эта мысль неоднократно подчеркивается.
– Но… разве подобное мироустройство не привлекает внимания к нашей планете? – озадаченно вопросил Певун.
– Вселенная полна жизни, в том числе и разумной. Созерцающие Бездну лишь одна из бесчисленных цивилизаций, и никто не обратил бы на нас внимания, если бы не наша ошибка – слишком быстрая экспансия. В течение последних сотен миллионов зерен времени мы называли себя народом Творца и росли, зачищая все на своем пути до тех пор, пока наши усики не раскинулись на пол-Вселенной. Мы оправдывались стремлением как можно лучше скрыть родной мир. Но, действуя таким образом, спрятаться весьма трудно. К тому же я забыла о собственной миссии. После того как было подавлено восстание окраинного мира, я самонадеянно уверовала, что Творец будет покровительствовать нам вечно. Вот почему нас постигла божественная кара.
Певун не знал что ответить. Наконец он нашелся:
