Слышно летнее стаккато…
Мы летели в одном длинном прыжке через всю Неву, по диагонали, целясь на приземление как можно ближе к Адмиралтейской набережной. Под нами переливалась свинцом и хромом величественная река, над головами сияло прошедшее зенит жёлтое солнце, а впереди, сзади и по бокам открывались самые роскошные панорамные виды сиятельного Санкт-Петербурга. И будь наш полёт длиннее хотя бы на четверть минуты, я успел бы показать своей спутнице самые известные архитектурные памятники нашего города.
К сожалению или к счастью, мы приземлились быстрее, чем хотелось бы. Если точнее, то, коснувшись передними лапами земли, мой кот уменьшился в размере до воробья, а мы с блондинкой в мини кубарем вылетели на газон перед памятником Петру Первому.
Нет, не перед Медным всадником, а перед подарком наших зарубежных друзей, там молодой Пётр с топором в руке учится плотницкому ремеслу, пытаясь построить ялик. Тоже красивая скульптура, но любоваться на неё особого времени не было. Пугающий далёкий вой становился всё ближе и ближе.
– Вы не ушиблись?
– Нет вроде…
– Тогда бежим!
– Куда? – послушно вскочила на ноги правнучка архангела.
– На Дворцовую площадь, там они нас не достанут.
– Но кто? Почему мы вечно от кого-нибудь убегаем?
– Расскажу при случае. – Я сунул крохотного, измождённого демона в карман пиджака. После такого перелёта помощи от него не дождаться, без виски может вообще не встать. – Боюсь, что нам стоит побыстрее шевелить конечностями.
Нонна ничего не поняла, но хотя бы не стала спорить! В экстренных случаях у неё включается режим полного послушания. Это великолепное качество, к сожалению невероятно редкое у женщин наших дней. Если вовсе не полностью утерянное, увы…
Мы бежали, как могли. Я забыл про ушибленное колено, про боль в рёбрах, про то, сколько раз и от кого мне сегодня досталось, про то, что успел крепко выпить вина, но толком не поесть, потому что, когда тебя гонят, как зверя, подавляющее большинство вещей кажется совершенно неважным. А потом наша милая блондинка подвернула ногу.
Не фатально, фактически просто споткнулась, так неудачно, что умудрилась свалить и меня. Злорадный вой, раздавшийся буквально в ста шагах, подтвердил мои худшие опасения. Мы не успеем добежать до атлантов, а они единственные в городе, кто мог бы встать на нашу защиту просто так, без просьб о помощи, а лишь по врождённому благородству людей, держащих на плечах небо…
– Ой, простите, простите, простите! Я зацепилась каблуком, бегать в туфлях по брусчатке так неудобно.
– Вы видите их?
– Кого?
Я встал, закрывая её спиной. Их никто не видит, кроме тех, кто видел хотя бы однажды. Призрачные псы шакалоголового бога Анубиса, практически неразличимые в чистом тёплом воздухе, неумолимо надвигались на нас со стороны набережной. При этом старательно обходя здание Эрмитажа, и я знал почему.
О, если бы только мне было можно хоть на несколько минут воспользоваться магией, я бы разобрался с ними. Но запреты Хранителей всё ещё имеют вес в этом городе, одно слово – и факел Чумного Доктора спалил бы меня живьём, прежде чем я закончу заклинание…
– Хозяин, я тебя спасу и пёсьи головы снесу! – Маленький, но жутко отважный котёнок встал перед рядами собак, в предвкушении роняющих слюну.
Бедная девушка, ничего не понимая, озиралась по сторонам, но ничего страшного не видела. Для обычного взгляда ничего такого и не происходило. По Дворцовой площади гуляли люди, слонялись толпы туристов, пара карет с белыми и рыжими лошадьми зазывала на прогулку, экскурсоводы размахивали цветными флажками, уличные актёры «царь Пётр» и «Екатерина Великая», одетые, как придётся, не по времени, не по эпохе, да и внешне не фонтан, приставали к людям, предлагая сфотографироваться вместе. Призрачные псы никого не трогали, они знали свою цель…
