Не бывает сплошь печали,Пёсик радость принесёт.
А у неё даже не было сил подумать, кто же это говорит? Бабушка зашла, погасила лампу, и Полина стала задрёмывать…
Бабушка Тая отгремела на кухне посудой и ушла в свою комнату, к большой дедушкиной фотографии и вазам с сухими травами. Некоторое время в щёлочку под дверью Полининой комнаты проникал свет из коридора, но потом и он погас.
Полине не спалось, только так, дремалось. Где-то за стеной в соседней квартире кто-то играл и играл на скрипке всё одну и ту же, одну и ту же мелодию.
Дверь в её комнату никто не открывал. Это точно. Окно тоже было закрыто, потому что Полина простужена и бабушка бережёт тепло. Но вдруг…
Совершенно неизвестно откуда посреди комнаты оказалась девочка. В комнате сделалось светло как днём не потому, что зажглись лампы, а потому, что девочка светилась. И платьице на ней было светлое, блестящее. Полина села на кровати.
– Ты мне снишься? – спросила она светящуюся девочку.
– Но ты ведь не спишь! – сказала загадочная гостья, и от её слов по стенам забегали светло-зелёные огоньки.
– Кто ты? – шёпотом спросила Полина.
Ей сделалось страшно. Она никогда в жизни не видела светящихся девочек с разноцветными словами.
– Не бойся, – сказала девочка. И снова побежали огоньки, но только уже не зелёные, а голубые. – Не надо пугаться. Я – звезда.
– Как – звезда? Так не бывает! Девочка засмеялась. Огоньков стало ещё больше. Они были всех цветов радуги.
– Разве ты никогда не видела звёзд на небе? И больших и маленьких…
– Так ведь то же на небе!
– У звёзд есть лучи, которые связывают небо с землёй, – сказала девочка.
– А тебя как-нибудь зовут? – спросила Полина растерянно.
– Ая. Я – девочка-звезда, и меня зовут Ая.
– Как же ты здесь оказалась?
Ая опять засмеялась своим цветным смехом.
– Это-то совсем просто. Ты лучше спроси: зачем?
– За-зачем? – машинально переспросила Полина.
– Так ведь тебе плохо? – сказала Ая.
– Ничего. Температура уже спала.
– Я не об этом говорю. Подумай. Полина задумалась. Да, перед девочкой, которая светилась и смеялась разноцветным смехом, что было притворяться! Хотя Полина вообще-то была девочка скрытная и не всякому рассказывала, как там у неё на душе – хорошо или плохо.
«Сокровенная», – называла её бабушка Тая.
– Можешь не говорить, – продолжала Ая. – Звёзды знают про людей гораздо больше, чем ты думаешь. А я знаю: и про Фокки, и про ковёр, и про модальные глаголы.
– Как же так? – робко спросила Полина. – Ты – звезда, но ты не на небе. И вид у тебя – ну совсем как у девочки. Только платье – как будто ты в костюме Снежной королевы…
– Звёзды умеют иногда принимать человеческий вид.
Девочка-звезда помолчала.
– Слушай, – сказала она наконец. – А ведь ты любишь и маму и папу. – Она не спрашивала. Она просто сказала.
Полина подумала, точно заглянула сама в себя. У мамы тёплые руки, и так хорошо, когда у неё оказывается время с Полиной поговорить. И папа бывает добрым. Он тогда поёт ей:
Полинет, Полинет,Слышишь ты или нет?Коровы сжевали пшеницу.
Это кусочек какой-то французской песенки. И они тогда оба, папа и Полина, весело смеются.
