Бриллианты – подарок надолго, а могильный участок – навеки.
Распродажа последних участков на «Тихих лугах».
Только на этой неделе мы предлагаем двухместный участок по цене одноместного.
Нынче же позвоните или приезжайте в похоронное бюро «Будьте покойны».
Кэти сомневалась, что кладбищенское место – лучший подарок, но Арвис был среди основных рекламодателей. И что ей оставалось делать?
Еще одна годовщина
Приближалась двадцать четвертая годовщина их супружеской жизни, и Норма, как всегда, мучилась с подарком для Мэкки. Большинство женщин покупали мужьям подарки в «Товарах для дома», но как быть, если твой муж – хозяин такого магазина? В конце концов по каталогу Сирса Норма купила пижаму и увешала ее рыболовными блеснами.
У Мэкки была та же проблема. Он напрочь не знал, что подарить жене, а дата подходила все ближе и ближе, и потому объявление о распродаже участков на «Тихих лугах» стало ответом на его молитвы. На другой день Мэкки с утра поехал в бюро и обрадовался, что не поленился встать пораньше. Он взял последний «двухместный участок по цене одноместного». От желающих не было отбоя, сказал Арвис. Едва он открыл контору, могилы разлетелись как горячие пирожки.
Норма еще была в халате, когда позвонила тетя Элнер:
– С годовщиной свадьбы!
– Спасибо, тетя Элнер.
– Как вы, голубки, отметите дату? Праздничным ужином в ресторане?
Норма вздохнула:
– Наверное.
– В каком?
– Не знаю. Мэкки сказал, это сюрприз.
– В чем дело, дорогуша? Что-то ты не особо радостная.
– Ну… пожалуй, так. Ты не поверишь, что Мэкки мне подарил.
– И что же?
– Ты лучше сядь. Двухместный участок на «Тихих лугах». Мэкки, говорю, могила – не очень-то романтичный подарок.
– Ох ты! По-моему, он просто молодец.
– Возможно, но я бы предпочла что-нибудь такое, чем можно пользоваться сейчас. Что проку от участка? Когда настанет время, я уже не смогу оценить всей прелести подарка.
Тетя Элнер засмеялась.
– Смейся, смейся, только, по-моему, в смерти нет ничего забавного.
– Дорогуша, не теряй чувства юмора. Смерть – всего лишь часть жизни.
– Но часть серьезная и страшная, я ее боюсь.
– Да, серьезная. Потеря любимых – тяжелейшее испытание, через которое проходит человек. Именно поэтому, я думаю, Господь наделил нас чувством юмора. Иначе от горя все бы умерли, согласна?
– Не знаю, возможно… Но не могу ничего с собой поделать. От одной мысли мурашки по коже.
– Все мы, душенька, когда-нибудь умрем.
– Но я не хочу умирать! И тем более думать о смерти, своей или Мэкки, в день нашей годовщины.
– Мало кто хочет умереть, но этого не избежишь. Что до меня, я готова отойти, когда Он сочтет это нужным.
– Тетя Элнер… Ну вот ей-богу же… Я потеряла маму с папой, и если еще ты умрешь, я тебе этого никогда не прощу. И даже позову Тотт Вутен тебя причесать.
Элнер рассмеялась:
– О нет, тогда уж лучше я еще поскриплю. Я не хочу в гробу выглядеть, как Ида.
Норма и сама не удержалась от смеха:
– Это ж надо – сделать начес с одного боку!
