Форсировав мутные воды реки Атрек, караван через пустыню Каракумы направился на север, к Хиве. Постепенно песчаные барханы сменились такыром – высушенной солнцем твердой глинистой поверхностью красного цвета.
Шедший с караваном афганец из Кандагара уже давно пристально присматривался к хромому дервишу, заподозрив в нем переодетого ференги – неверного. Вамбери превосходно играл свою роль, но европейские черты лица и светлую кожу спрятать было невозможно. Однажды на привале афганец во всеуслышание заявил, что вместе с ними в Хиву идет лазутчик англичан, и предложил бросить его одного в пустыне. Вамбери взяли под свою защиту паломники из Мекки, с которыми он успел подружиться. Они поручились за хромого дервиша и заверили спутников, что он знатный турок, который состоит на службе у самого турецкого султана и совершает паломничество, исполняя волю своего духовного отца. А что касается необычного облика хаджи Мехмед-Решида, разве Аллах не создал единоверцев столь непохожими друг на друга?
Караван все дальше уходил в пустыню. Горизонт часто украшали великолепные миражи: парящие в воздухе города, замки и башни, сражающиеся воины. Запасы воды подходили к концу, а пополнить их было негде: в Каракумах почти нет оазисов.
На десятый день прямо по курсу послышался отдаленный гром. Если там разыгралась гроза, то есть надежда отыскать дождевую воду в углублениях глинистой почвы. По следам газелей и диких ослов караван достиг места, где царила настоящая весна. Лагерь разбили среди россыпи маленьких озер. Они тянулись на многие мили до самых предместий Хивы.
Хива
Хива утопала в цветущих садах, среди которых высились купола и минареты древнего города.
Афганец из Кандагара стал распространять слухи, что в город пробрался тайный агент врагов ислама. Чтобы обезопасить себя, Вамбери нанес визит знатному хивинцу Шюкрулла-бею, который десять лет был послом хивинского хана при дворе турецкого султана. Шюкрулла-бей тепло и с радостью принял столь редкого гостя. Засыпал его вопросами о Стамбуле и убедился, что дервиш в лохмотьях действительно турок-эфенди. На следующий день в келью Вамбери явился придворный офицер и передал приказание хазрета (величества) явиться во дворец, чтобы благословить хана чтением первой суры Корана.
Прибыв на аудиенцию, Вамбери предъявил мехтеру (министру внутренних дел) свой паспорт с тугрой. Благоговейно поцеловав «визу» турецкого султана, сановник почтительно проводил дервиша в покои хивинского хана.
Сейид-Мухаммед-хан сидел на ступенчатом возвышении со скипетром в руке. Прочитав суру и молитву, Вамбери ответил на вопросы Его Величества о проделанном пути. «Я много испытал страданий, но теперь щедро вознагражден созерцанием Вашей красоты», – склонив голову, отвечал дервиш. Хан пожелал наградить святого человека, но Вамбери отказался от денег, сказав, что у него есть только одно желание: да продлит Аллах жизнь хазрета до 120 лет.
Сейид-Мухаммеду очень понравился дервиш из Стамбула. Перед странником распахнулись двери лучших домов Хивы, ему пришлось принимать по шесть – восемь приглашений в день и везде обильно угощаться жирным пловом. Отказаться от еды в гостях у жителя Средней Азии – значит показать свою вопиющую невоспитанность и нанести обиду хозяину дома.
Кызылкум
Прожив в Хиве месяц, Вамбери отправился в Бухару. Переправившись через Амударью, караван встретил двух ограбленных разбойниками полуголых, умирающих от голода людей. Бандиты рыскали где-то поблизости, и, чтобы избежать опасности, пришлось свернуть в пустыню Кызылкум и идти в Бухару по самой трудной дороге в самое жаркое время года.
Стоял июль. Температура достигала 60 °C. Ни одной птицы в воздухе, ни жука на земле. Только кости погибших здесь людей и животных – зловещие вехи тяжкого пути.
Муки жажды заставили Вамбери выпить всю свою воду, но все равно нестерпимо хотелось пить, адский огонь жег внутренности. Язык почернел, страшная боль расплавленным свинцом растекалась в голове, перед глазами плыли желтые круги. В пустыне свои законы. Каждый заботится только о себе, никто не поделится драгоценной влагой со спутником. Здесь нет ни самопожертвования, ни благородства: вода – это жизнь.
Неожиданно налетела песчаная буря. Верблюды с ревом опустились на колени. Кругом почернело. Песчаный вихрь обжигал словно пламя огня, забивал глаза и уши. Люди с головой закутывались в одежду и пытались укрыться за спинами животных. Прощаясь с жизнью, Вамбери забылся в полуобморочном состоянии.
Очнулся он в глиняной хижине пастухов, в десяти милях от Бухары. Айран (молочный напиток) быстро поставил его на ноги.
Священная Бухара
Эмир Бухары Музаффар ад-Дин-хан совершал в то время военный поход против Коканда, и обязанности главы государства временно исполнял первый министр эмирата Рахмет-бей. Он ежедневно подсылал к Вамбери лазутчиков в надежде, что пришелец случайно оброненным словом во время беседы выдаст себя. А потом путешественника пригласили во дворец, где муллы – знатоки Корана – подвергли дервиша экзамену по исламу. Вамбери достойно выдержал это испытание, и его наконец оставили в покое.
