Привет вам, отчие поля,Тюрьма да чёрный кнут!Меня сегодня ждёт петляИ королевский суд.В ужасный час,В смертельный час,Зажав зубами стон:«Пора сплясать в последний раз!» –Смеялся Макферсон…
Как мы добрались до места, как входили в отель, как укладывались по кроватям, я уже, честно говоря, смутно помню. Спал без снов, просто вырубившись, словно набегавшийся на лугу щенок.
Утром меня никто не будил. Ни вежливо, ни пинками, никак вообще. Это просто Рождество какое-то, мне было позволено нежиться в кровати аж до одиннадцати часов утра!
Когда я вышел в общую гостиную, мой учитель в шёлковом халате, свободных шароварах и восточных тапках, нацепив на нос пенсне, изучал местные газеты.
– Вечером они будут пестреть заголовками типа: «Тайна старого грешника», «Бог сказал «не налей», «Кровавая секира в руках Провидения» и что-нибудь подобное в том же духе и соответствии с больной фантазией резвых щелкопёров и борзописцев.
– Сэр, честно говоря, у меня сложилось впечатление, что вчера мы дали маху. Эта четвёрка запросто могла сговориться и убить старика ради его денег, а потом отмазать друг друга.
– Ты учишься быть детективом, – уважительно протянул мой наставник. – Это прекрасно! Не забудь потом выучиться быть человеком.
– Я и так человек.
– Мысленно ты добавил: «не то что некоторые».
Я прикусил нижнюю губу, месье Ренар видел меня насквозь!
И самое худшее, что он на раз извлекал к прилюдному обсуждению именно то, что я старательно прятал даже от себя самого. Не знаю, как это объяснить…
Но, короче, если ваш друг, учитель, работодатель, домовладелец и так далее носит штаны с разрезом для хвоста, нюхает всё подряд, как собака, а по факту самый что ни на есть настоящий лис, очень, очень трудно воспринимать его равным!
А он и не был таким, он был на сто пятьсот морских миль лучше, умнее, опытней, образованней и тактичней меня.
– Они не виноваты, я говорил с этими людьми. Смерть барона Кэмпбелла была закономерным финалом его беспутной жизни, – не отрываясь от чтения газеты, начал Ренар. – Увы, такое бывает нечасто, обычно отпетые негодяи и мерзавцы умирают своей смертью в окружении докторов, душеприказчиков и запуганных родственников, которым по завещанию всё равно ничего не достанется. Помнишь, я спросил у дворецкого про ключ от сейфа?
– Помню. Но он не был украден, так смысл?..
– Смысл в том, что если бы это было заранее спланированное убийство, то они бы забрали ключ, свалив всё на неизвестных грабителей. Это же классика преступлений. А этой четвёрке приличных людей (свинья тоже человек!) даже в голову не пришло сговориться, изобразить нападение, подтасовать улики. Они автоматически вызвали полицию и сказали правду, здесь действительно имел место быть несчастный случай.
– Но дверью хлопнул сын!
– Но алебарду притащил отец, чтобы наказать за непослушание леди Джулию! Или ты хотел, чтобы сначала пострадала она?
– Сэр…
– Мальчик мой, не нуди, – нервно огрызнулся Лис, сжимая зубы. – Для всех будет удобнее считать это самоубийством и не копаться в ничего не значащих мелочах.
– И всё-таки…
– Спорим? – Он протянул мне лапу. – Если инспектор Макфин примет твою сторону, ты даёшь мне подзатыльник, если мою, то я пинаю тебя под зад коленом. Идёт?
Я молча протянул ему руку. Да можно подумать, у меня были хоть какие-то варианты.
Спор – священная традиция всего британского мира, и, клянусь Ньютоном-шестикрылым, я тоже не отступлюсь. Или я не настоящий англичанин?!
Мы церемонно пожали руки, пристально глядя друг другу в глаза и не отводя взгляда. Это был джентльменский спор под честное слово, так называемое пари, оно не требовало разбивания рук, свидетелей с обеих сторон или заверенных у нотариуса бумаг.
После завтрака мы совершили небольшую прогулку по главным историческим достопримечательностям Эдинбурга. Должен признать, что мой рыжий учитель, кроме всего прочего, оказался ещё и превосходным экскурсоводом. Он всё знал, везде был, помнил наизусть старинные сказки и легенды и в дополнение ко всему свободно читал Бёрнса на шотландском.
Поскольку языка я не знал, то мне казалось, что читал безупречно. Не буду вдаваться в рекламу туристических маршрутов или ресторанчиков, отмеченных самым строгим «Ревизорро», любой желающий посетить Эдинбург найдёт всё это в десятках популярных справочников путешественника. Надеюсь, что у вас будет такое желание и возможность.
Я же обязан указать главное: к ранее оговоренному часу мы были в том же ресторане, где за заранее снятым столиком нас ожидал инспектор городской полиции Макфин, суровый и неулыбчивый, но тем не менее порывисто вставший нам навстречу.
