Глава 32
Сита
Хорошая жена. 1930 год
Свадьба Ситы и принца Джайдипа была, по общему мнению, самой великолепной в истории королевства.
Торжества длились несколько дней.
Со всех уголков Индии во дворец прибыли сановники и члены монарших семей вместе со своей свитой. Охотничьи забавы сменялись зваными вечерами, а званые вечера – охотничьими забавами. Музыка, песни и танцы не стихали ни на минуту. Фейерверки продолжались глубоко за полночь, окрашивая дворец и его окрестности разноцветными вспышками.
Жонглеры и глотатели огня, факиры и гадалки, гимнасты и заклинатели змей, цирковые соколы и танцующие медведи.
Залпы из пушек.
Для Ситы эти дни проходили словно во сне. Ею восторгались и восхваляли ее красоту. На нее устремляли взгляды, полные любви и восхищения. Ее осыпа́ли подарками. Своего будущего мужа Сита почти не видела: для мужчин и женщин были предусмотрены отдельные церемонии.
А вот его мать она видела слишком уж часто.
Ее собственная мать – женщина, сумевшая выдать свою единственную дочь за самого завидного жениха в королевстве, – купалась в лучах славы. Ее лицо будто светилось изнутри, и никакое количество колкостей, злобных замечаний и шепотков о «своенравности» ее дочери, запустившей свои когти в принца, не могли погасить этот свет.
И Сита, и ее мать научились не обращать внимания на бессильные выпады проигравших женщин; Сита не удостаивала ответами даже едкие комментарии королевы, которым, казалось, не будет конца. Она победила. Она выходила замуж за сына этой женщины против ее желания. И королева ничего не могла с этим поделать. Поэтому если ей хочется говорить гадости – ну что ж, пускай.
Однако кое-что все же немного омрачало радость девушки. Это были слухи, повторяемые шептавшимися приятельницами королевы.
«Король не очень-то хорошо выглядит, – говорили они. – Он недоволен выбором сына?»
«Они просто выдумывают», – твердила себе Сита. Однако в глубине души все равно волновалась, что в самый последний момент что-то может пойти не так.
Ей удалось улучить минутку и отойти с братом в уголок, где их не слышали многочисленные собравшиеся женщины. Среди них было несколько доброжелательниц вроде той, что предупредила Ситу насчет приятельниц королевы во время дарбара, но в основном женщины были на стороне королевы; они холодно улыбались Сите, когда она смотрела на них, или бросали на нее оценивающие взгляды, когда думали, что девушка их не видит.
«Когда я стану королевой, – мысленно предупреждала их Сита, – я такого не потерплю».
Кишан после продолжительных празднеств выглядел очень усталым.
– Сита, помимо того, что он наследник престола, принц, похоже, еще и очень хороший человек. Кто бы мог подумать, что ты… что мы…
– Я могла, – резко ответила Сита. – Я знала, что меня ждет великое будущее. И лишь ожидала, когда мир тоже это увидит.
Брат рассмеялся:
– Да, это правда.
– Что ты думаешь о короле?
– В каком смысле?
– Люди говорят, что он выглядит бледным и изможденным. И что его огорчает наш союз.
– Мне так не кажется. – Кишан задумчиво посмотрел на нее. – С каких пор ты стала волноваться о том, что думают люди? Девчонке, которую я знал, было наплевать, кто и что о ней думает, даже если этот человек – король. Именно это в тебе и поражает. Не говори мне, что ты изменилась.
Сита лучезарно улыбнулась, избегая, впрочем, встречаться с братом взглядом. Как сказать ему о том, что она пребывает в таком восторге и возбуждении, что это иногда пугает ее саму? Что она лежит по ночам без сна, беспокоясь, что что-то может пойти не так? Что у любого счастья есть своя цена?
Ей вспомнились слова айи: «Во время церемонии твоего наречения жрец объявил, что каждое удачное событие в твоей жизни будет иметь свою цену».
Мэри обвиняла Ситу в аварии, в которую попали ее родители. Отец говорил, что она приносит неудачу, а мать твердила: такой характер, как у нее, доведет до беды…
Сите не следовало придавать значение всему этому, но темными ночами, когда праздник стихал и она лежала в постели, ее преследовали опасения. Однако теперь брат смотрел на нее с такой верой, и благодаря его взгляду все тревоги казались ей незначительными.
– Сита, ты станешь лучшей королевой в истории этого королевства, и я говорю так не только потому, что я твой брат. Я это знаю.
Кишан вновь стал ее союзником. Может ли она на него полагаться? Всегда ли он будет на ее стороне? И почему она думала обо всем этом – о врагах и союзниках? Почему, ведь сейчас она должна пребывать в экстазе? Теперь, когда ей удалось достичь того, за что другие девушки отдали бы что угодно.
