— Я не стану принимать этот вызов! — дерзко ответил Сареф, отворачиваясь и собираясь уходить, — потому что это провокация! Если я сейчас начну драться — меня тут же выгонят из города, и у гнома, который за меня поручился, будут проблемы.
— Я бы на твоём месте так сильно не спешил, дружок, — почти ласково догнал его стеклянный голос. Вместе с этим перед глазами Сарефа возникло новое сообщение, которое вышло даже без его приказа.
Глава 2
— Это… это что такое? — совсем растерялся Сареф, для которого оказался настоящим шоком тот факт, что за простое отклонение дуэли можно получить техническую смерть, — почему… почему так?!
— Потому что ваша раса изволила обосрать предыдущие Всесистемные Состязания, выкинув труды всех Чемпионов, которые должны были в них участвовать, на помойку! — прошипел стеклянный голос, — так что Система в качестве утешительного приза дала мне право избивать людскую расу, где угодно, когда угодно и сколько мне угодно. Так что либо дерись, трус, либо проваливай, как позорный лох с технической смертью в заднице!
Сареф ощутил новую вспышку бешенства, но тут же взял себя в руки. Поняв, что просто так от Бреннера ему не отвязаться, он спешно просчитывал варианты. Получать штрафы к атрибутам он не будет НИ ЗА ЧТО! И гном, покусившийся на самое святое и самое больное, очень дорого за это заплатит!
— Прекрасно! — с издёвкой проговорил Сареф, — Чемпион, победивший в своих Системных Состязаниях, собирается избить того, кто неделю назад получил полную строку умений. Какой почётный поединок, надо же! А что потом? Заявитесь к какому-нибудь младенцу в колыбели и вызовете на дуэль и его? Тогда уж точно стяжаете себе славу на века!
Попытка убеждения… Успех!
— Не проблема, хь’ижедо, — гном выразительно отстегнул ножны с двумя кинжалами и, отведя руку в сторону, показательно позволил им пропасть, вероятно, в своём Системном Инвентаре, — я набью тебе морду голыми руками! А потом лично протащу обратно по дороге к лифтам, как мешок с картошкой, и лично дам тебе под сраку на прощание!
Сареф с сожалением понимал, что поединка не избежать. Даже если он сейчас уклонится от поединка, совершенно ничто не помешает гному бросить ему вызов снова. И снова. И снова. До тех пор, пока его Параметры не обнулятся полностью. Значит, стоило хотя бы попытаться дать отпор. Даже если он проиграет, стража вряд ли позволит обойтись с ним так, как Бреннер угрожал. Хотя… будучи очевидно простолюдином и при этом победителем в Состязаниях, этот гном явно мог позволить себе вытирать ноги о большинство правил и законов.
— Ну что, я так понимаю, штрафов к Параметрам не хочешь? — с усмешкой спросил стеклянный голос, — за мной!
Бреннер привёл Сарефа к той самой площадке, на которой он тренировал других гномов. Сейчас на ней уже никого не было. Оглядевшись, Сареф увидел, что и вокруг площадки тоже никого не наблюдалось. Вероятно, даже гномы при определённом стечении обстоятельств могли неплохо огрести от Бреннера, который, потеряв единственную возможность вернуть доброе имя и исцелить травму, теперь готов с удвоенной ненавистью быть максимально неудобным для всякого, кто попадётся ему под руку.
— Ну что, готов? — спросил его стеклянный голос, когда они заняли свои позиции. И этот голос нервировал. Независимо от того, насколько далеко находился гном, голос всегда звучал так, словно он находился у него за спиной. Стоило быть готовым и к тому, что таким звуковым обманом гном во время боя может попытаться сбить его с толку.
— Готов, — хмуро ответил он, вызывая из пространственного кармана свой арбалет.
— Тогда не будем тянуть, хь’ижедо, — с ухмылкой ответил гном… а в следующую секунду исчез с поля боя. А ещё секунду спустя Сареф ощутил жгучую боль в спине:
Вы получили критический урон 58 (Отражено 6 урона)! Вы получили состояние Ранение!
Гибкость разума — уклонение!
Сареф при этом почувствовал, что гном словно бы ударил его по спине сразу двумя кулаками так, как если бы кто-то пытался бить в гонг. Стараясь не думать о том, сколько урона он бы получил, если бы гном провернул эту атаку с кинжалами, Сареф поспешно бросился в сторону, используя пять секунд невидимости, чтобы прийти в себя. Понимая, что никто его жалеть не будет, он вызвал строку умений и использовал свою комбинацию:
Первая помощь! Восстановлено 27 здоровья!
Целевая метка!
Дробящая темница!
Как и многие до этого, гном принялся биться в телекинетической клетке, которая сдавливала его внутри, и, судя по всему, ему было очень больно.
Однако стоило отдать гному должное: он выгодно отличался от большинства предыдущих противников тем, что не болтал во время боя. И от него явно не ускользнуло то, что Сареф не атаковал его во время использования темницы, и сделал из этого соответствующие выводы. А сам Сареф уже готовился испробовать новую способность:
Хватка стужи! Зарядить способность!
Ровно за четыре секунды до конца клетки Сареф принялся заряжать способность. И ровно в тот момент, когда клетка пропала, гном… пропал вслед за ней. А какое-то микромгновение спустя вокруг Сарефа стремительно разошлась волна холода:
Критический удар 65!
Обернувшись, Сареф увидел, что гном снова находится за его спиной, замороженный с ног до головы, а его кулак за малым не касался спины Сарефа. Тот, не теряя времени даром, угостил гнома молнией, пока тот не пришёл в себя и, пользуясь оглушением, поспешно набрал дистанцию.
Наконец, гном отошёл от заклинаний и с мрачным предвкушением посмотрел на Сарефа. Тот с запозданием подумал, что он пока свой запас умений исчерпал, а его соперник, кажется, даже не получил состояние Ранение. И был ещё один момент, который до чёртиков бесил Сарефа. Он был слишком, катастрофически, недопустимо уязвим к урону со спины! Слишком многие враги обладали способностью в бою сместиться к противнику за спину и атаковать его оттуда. И это страшно бесило, потому что с его низким запасом здоровья любой критический удар, да ещё и в спину, мог поставить в бою жирную точку.
— А ты кое-что умеешь, хь’ижедо, — снисходительно прозвенел у него в голове стеклянный голос. После чего гном показательно отряхнулся ото льда… и снова исчез. Не попал он следующей атакой только потому, что Сареф, сделавший вид, что он двигается влево, в последний момент совершил рывок в другую сторону. А ещё секунду спустя он вызывающе остался на месте, но сделал резкий выпад назад рукояткой своего арбалета. И не прогадал…
— Уй… — раздался стеклянный голос. Обернувшись, Сареф увидел, что гном держится за свой левый глаз, который рукоять арбалета ему едва не выдавила из глазницы. И пока гном приходил в себя, Сареф совершил по нему несколько выстрелов. Урона было нанесено совсем мало, однако выпавшие критические удары откатили способность, которая могла гарантировать ему хоть какую-то безопасность:
