Глава 1
В 7.50 следующего дня вертолет, ведомый экипажем майора Лебедева, завис над плацем отдельного ремонтно-восстановительного батальона и медленно опустился, плавно коснувшись асфальта. Кудреев, как и положено командиру, первым вышел из чрева «вертушки». Его, как и ранее, с попыткой доклада встретил начальник штаба:
– Товарищ подполковник, за время вашего отсутствия…
– Да ладно тебе, Витя. Вкратце, как дела?
– Здесь все нормально, у вас как?
– Пойдет. Задачу выполнили, потерь нет.
– А чего задержались?
– Так сложилась обстановка, потом подробнее расскажу.
Командир отряда прошел к выстроенному личному составу первой и второй диверсионных групп:
– Здравствуйте, орлы!
– Здравия желаем, товарищ подполковник!
– Для встречи сослуживцев, разойдись!
Бойцы отряда, не задействованные в операции у Гелоя, ринулись к вертолету, встречать боевых друзей, точно так же как те в свое время встречали вернувшихся из-под Бады профи первой и второй групп.
Пришел подполковник Воронцов.
Раскинул руки:
– Андрюха! Вернулся? Ну, здорово, что ли, гроза духов?
– Здорово, Дима!
Офицеры обнялись.
Воронцов, посмотрев на радостную толпу у вертолета, определил:
– Как понял по настроению твоих ребят, выход в Чечню был успешен?
– Да, Дима. Все прошло нормально. Главное, без потерь.
Кудреев передал свое оружие начальнику штаба, попросил:
– Виктор Сергеевич, не в службу, а в дружбу, передай «стволы» по команде, пусть сдадут в ружкомнату, а я в штаб! Нужно Бригадиру доложиться!
Щукин улыбнулся:
– Конечно, Андрей Павлович, к тому же в штабе тебя действительно ждут с нетерпением.
Офицеры направились к управлению отдельного батальона.
На входе в штаб Кудреев вдруг почувствовал волнение. Вот справа по коридору металлическая дверь секретной части отряда, а за ней… Оля!
И она ждет его, уже наверняка оповещенная о прибытия групп с боевого выхода. Он сейчас увидит ее.
Воронцов обошел командира отряда спецназа, улыбаясь, направившись в служебное помещение.
Кудреев открыл дверь секретки.
Ольга стояла возле стойки, разделяющей комнату.
– Андрей! – скорее выдохнула, чем произнесла женщина.
Она прильнула к подполковнику, спрятала на груди свое лицо и… заплакала.
Кудреев, гладя ее волосы, произнес:
– Ну, вот тебе раз! Я вернулся, живым и невредимым, а ты в слезы.
– Я так боялась! Боялась и беспокоилась! Ты не представляешь! Первую после отлета ночь спать не могла. Тревожное предчувствие буквально разрывало сердце. Димка пытался успокоить, но ничего у него не вышло. Утром немного отлегло, но тревога все же продолжала терзать душу. Прошло два дня, а никто не знает, что у вас в Чечне. Потом нас всех вдруг перевели на повышенный режим боевой готовности. Что было думать? Только то, что группам, действующим на выходе, в любую минуту может потребоваться помощь. Даже вертолет на плацу дежурил. Все были в напряжении, и никто ничего конкретного не говорил. Как страшна, Андрей, неизвестность!.. И только вчера вечером зашел начальник штаба, сообщил, что вы утром возвращаетесь. Лишь тогда все и отпустило.
– Вот и славно! Давай-ка, Оль, вернемся к службе. Мне нужно доложить в Центр о прибытии на базу.
– Да, да, конечно! Минуту, я подготовлю аппаратуру.
Ольга прошла за стойку, села на свое рабочее место, вскоре доложила:
– Я готова, диктуй.
«Совершенно секретно!
Утес – Бригадиру.
В 8.00 сегодня две диверсионные группы подчиненного мне отряда, успешно выполнив поставленную задачу по Гелою, вернулись к месту временной дислокации. Жду дальнейших указаний.
