Сон мне приснился – сказал Один,Будто встал я до свету убрать Вальхаллу,Велел я эйнхериям живей подыматься,Скамьи застилать и мыть чаши,Вином валькирии вождя встречают.
Допев до конца, Харальд рухнул на землю и заснул. Сон его был наполнен языческой мерзостью, ведь даже благочестивый человек не волен над своими сновидениями. Харальду снилось, как валькирии встречают старого викинга на пороге Чертога Мертвых и подносят ему чашу с вином. Воины, павшие в сражениях, радуются пополнению своих рядов и вспоминают подвиги, совершенные на земле. Дьявол овладел замутненным разумом Харальда, пока крик петуха не разбудил его и не прогнал нечистую силу.
Рано утром, когда благочестивые люди по звону колокола идут на церковную службу, тайные и явные язычники со всего Адельгьюборга собрались на бесовское действо. Они подняли из могилы старого викинга, положили его на носилки и понесли к высокому кургану. Все, что было в могиле, тоже забрали с собой. Харальд шел с ними и нес в руках Ехидну, которой так долго и славно трудился Храни. Выйдя на берег Волхова, они увидели драккар, подпертый четырьмя бревнами. Вокруг корабля стояли деревянные изваяния идолов, а на палубе был разбит шатер. Принесли скамью, покрытую стеганым покрывалом с подушками из драгоценной греческой парчи. На эту скамью положили Храни.
Всем распоряжалась старуха Выбирающая Мертвых, пришедшая на место огненного погребения еще до того, как Храни подняли из его временной могилы. Рядом с ней находились вендка и две прислужницы, которых называли дочерьми валькирии. Вендка сидела с прислужницами, а старуха облачила викинга в парчовый кафтан с золочеными пуговицами, сафьяновые сапоги и шапку из соболиного меха. Затем тело Храни обложили парчовыми подушками и вместе со скамьей подняли на палубу корабля и поставили внутри шатра. Выбирающая Мертвых шепотом велела Харальду положить под бок покойника его секиру. Когда Харальд выполнил ее приказание, к шатру принесли мед, хлеб, мясо, лук и все это поставили внутрь.
Халльдор притащил на веревке упирающуюся собаку, разрубил ее на две части топором и бросил на палубу корабля. Привели двух мычащих коров, быстро забили их, разрубили на части и тоже бросили на корабль. Пригнали двух коней и стали гонять их вокруг корабля, пока они не покрылись пеной. После этого Рёнгвальд обнажил свой Кроитель Черепов и взял под уздцы одного из коней. Старуха, распоряжавшаяся погребением, сказала Харальду, что он должен сделать то же самое. Сын ярла полоснул мечом по шее коня и повис на нем всей тяжестью. Харальд как во сне рубанул по шее своего коня, он вырвался и дико поскакал прочь, но далеко не умчался, свалившись у гранитного валуна. Он бил по воздуху всеми четырьмя копытами, пока Харальд добивал его Усыпителем Жизни. Ему было жалко скакуна, но он хотел, чтобы Храни подъехал к Чертогу Мертвых на добром коне.
Потом наступила очередь вендки. Ее подвели к подобию колодезного сруба, поставленного на берегу. Двое мужчин подняли ее вверх на сплетенных руках. Она заглянула в колодец и радостно выкрикнула:
– Вижу отца и мать! Они зовут меня!
Мужчины опустили ее, потом подняли во второй раз. Она заглянула за край сруба и крикнула:
– Вижу всех своих родичей! Они зовут меня!
Ее спустили вниз и немного погодя подняли в третий раз. Она заглянула за край сруба и запела ликующим голосом:
– Там господин мой! Он сидит на цветущем лугу. С ним мужи и отроки. Он зовет меня! Пустите меня к нему!
Одна из прислужниц подала ей черного петуха. Она открутила ему голову и бросила в сруб. Впрочем, нет сил описывать нелепые языческие обряды. Язычники часто кладут кур и петухов в могилы. Они воображают, что загробный мир отделен от земного высокой стеной, за которую можно заглянуть и увидеть умерших родственников. Они также думают, будто мертвый петух, брошенный за стену, немедленно оживает и возвещает новую жизнь. Поэтому петухов часто кладут в могилы язычников.
Вендку повели на корабль. Поднявшись на палубу, она сняла тонкие золотые обручья с рук и отдала их Выбирающей Мертвых. Серебряные ножные обручи она подарила двум прислужницам. Ей подали чашу с медом. Она выпила со словами: