Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 80
Массо взвыл. Том посмотрел на него. За тринадцать лет жизни он позволял себе выть, только когда просился выйти.
На сей раз рысь издала особенно пронзительный звук, и Макмертри обернулся на звук. Его источник был где-то совсем близко. У него за спиной бульдог завыл еще громче, но пока оставался на месте.
Том машинально потянулся за ружьем, но под рукой его не оказалось. Он был так ослеплен яростью, когда узнал о Джеймсоне, что забыл захватить с собой ружье и мобильник. Все тело напряглось.
– Где ты там? – заорал он, надеясь отпугнуть животное.
В ответ раздался звенящий вопль, от которого Том похолодел. Медленно обернулся, прищурился, вглядываясь в полумрак…
Вон она. В двадцати метрах, в кустарнике у края ручья, вся изогнулась. Рыжая шкура с черными точками, желтые глаза смотрят прямо на Тома. Рысь у себя на ферме Макмертри не видел много лет. Обычно они не приближаются, разве что покричат иногда. Он сам не раз говорил Боцифусу, что рысь – животное безобидное. Если только она не…
Том увидел, что из рысьего рта рвется пена. Зверь оскалился и издал еще один душераздирающий вопль.
… бешеная. Бешеная…
«Надо же, какая невезуха. До дома три километра, до ружья и мобильника – тоже». Макмертри отступил назад и тут же понял – зря. Рысь кинулась вперед и понеслась прямо на него. Через несколько секунд она вцепится в глотку. Том чуть наклонился, перенес центр тяжести на левую ногу, выставил руки – желтые глаза животного неумолимо приближались.
На такую битву не хватит сил. «Если она на меня налетит»…
Макмертри отступил еще на шаг, желтые глаза мелькнули где-то справа – и вдруг он поскользнулся, наступил на неровный камень. Поднял руки, чтобы защититься – сейчас рысь прыгнет и желтый цвет затмит все остальные. «Мне конец».
50
– Прошу всех встать! – прокричал судебный пристав. – Заседание окружного суда Хеншо объявляется открытым. Председательствует его честь Бафорд Катлер.
Сердце Рика рвалось из груди. Он поднялся – в дверь вошел судья и направился к своему креслу. Дрейк когда-то слышал от отца – Катлер ведет дела невзирая на лица, его волнует только закон; в народе известен как «Баран».
– Итак, – сказал судья, для порядка дважды ударив молотком. – Уилкокс против компании «Уиллистоун Тракинг». Стороны присутствуют?
– Рик Дрейк, адвокат истицы, – представился Рик, стараясь звучать уверенно. Рядом с ним поднялась Рут Энн: элегантная черная юбка до лодыжек, белая водолазка.
– Джеймсон Тайлер, адвокат компании «Уиллистоун Тракинг», – сказал противник, как всегда безукоризненно одетый – синий костюм в тонкую полоску, белая рубашка, светло-голубой галстук.
Рядом еще один адвокат из «Джонса и Батлера», молодой парень. Последний в команде ответчиков – Джек Уиллистоун, тоже в темном костюме.
– Ходатайства до начала заседания? – спросил судья, оглядывая собравшихся.
– Ваша честь, мы подаем досудебное ходатайство с просьбой исключить из процесса любое упоминание пожара, который 2 сентября 2009 года уничтожил завод «Алтрона», – заявил Тайлер. – Начальник пожарной команды Таскалусы признал пожар несчастным случаем, и любое упоминание о нем будет неуместным и может причинить серьезный вред интересам ответчика.
– Возражений нет, – сказал Рик, зная, что Тайлер прав, и не желая ввязываться в битву, в которой он обречен на поражение.
– Хорошо, с этим просто. Принимается. Готовы ли мы позвать присяжных?
– Да, ваша честь, – подтвердил Тайлер.
– Да, сэр, – добавил Дрейк.
«Что ж, поехали».
51
Фейт находилась в международном аэропорту Бирмингема, сидела у выхода 22, откуда улетали самолеты компании «Дельта». До посадки еще минут пятнадцать, и она велела мальчишкам сходить в туалет. Лететь долго. Фейт посмотрела на три билета в руке, сморгнула слезы. Теперь, когда она уже была здесь, сдерживаться просто не хватало сил. С утра приняла две таблетки успокоительного, ксанакса; возможно, понадобится и валиум. «Все это неправильно, – сверлила мысль. – Неправильно, неправильно».
Дрожащими руками Фейт полезла в сумочку за валиумом. Раздалось знакомое жужжание – пришло сообщение. Она открыла телефон – с незнакомого номера. В приложении было фото, и Бальярд нажала на него, не раздумывая.
Увидев снимок, она выронила телефон. Сидевший рядом мужчина поднял его и вернул ей.
– Господи! – воскликнула она, и сидевший рядом пожилой чернокожий господин отпрянул и испуганно взглянул на нее.
Фейт схватила телефон и уткнулась лицом в экран. Снимок зернистый, но никаких сомнений. Бак стоял на коленях, за спиной у него находился мужчина. Под фотографией была простая подпись.
«Надеюсь, вы уже в самолете. Не хотелось бы, чтобы это попало в чужие руки».
Женщина закрыла сообщение и обхватила лицо руками.
– Объявляется посадка на рейс 1432 до Нью-Йорка, – раздался из динамиков женский голос.
– Пошли, мама! – крикнул Дэнни, подбегая к ней вместе с младшим.
Ребята подхватили сумки и встали в очередь, но Фейт будто обезножела. Эта фотография ужасна, но ведь она – лишь вершина айсберга. Есть видео…
Фейт поежилась, вспомнив короткий телефонный разговор с Уиллистоуном после ухода Дрейка и Мерфи.
– Через час тебе подвезут диск с видео. Даю час на то, чтобы посмотреть… и переварить. Потом позвоню.
Она посмотрела – и последние остатки теплых воспоминаний о ее жизни с Баком обернулись прахом. Второй звонок оказался еще более конкретным. «Не хочешь, чтобы сыновья узнали, что их папочка – педик, никогда больше не разговаривай с адвокатами, которые были сегодня». Джек повесил трубку, и с тех пор Фейт жила в постоянном страхе. На прошлой неделе в конверте ей доставили билеты на самолет с припиской: «Не хочешь, чтобы видео стало достоянием гласности, – проведи следующую неделю в Нью-Йорке».
И вот она здесь, делает то, что ей велено. «Это неправильно», – снова засверлило в мозгу. Этот наглец не остановится никогда. Потом он потребует денег. Или секса… Фейт вспомнила, как несколько лет назад на благотворительном банкете Джек окидывал ее плотоядным взглядом. Денег у него и своих хватает…
– Мама, идем! – махнул младший, ребята были уже у стойки.
Девушка ждала билеты, которые Фейт держала в руке.
Она заставила себя подняться. Значит, так и должно быть. Что у нее осталось, кроме ребят? А у них от отца что осталось? Добрые воспоминания. «Уничтожить их – это выше моих сил. Подвергать мальчишек такому кошмару я не могу».
52
В час дня Катлер стукнул молотком и велел приставу пригласить в зал суда присяжных. Прошедшие три часа Рик и Тайлер сокращали список присяжных с тридцати шести человек до двенадцати. На первом этапе – предварительное собеседование, и сначала один, потом другой задавали потенциальным членам жюри вопросы: есть ли знакомые дальнобойщики, попадали ли в транспортную аварию, участвовали ли в судебном процессе схожего свойства, знаете ли кого-то из адвокатов или свидетелей в этом деле. Потом каждая сторона получила право исключить из списка двенадцать человек по любой причине, исключая расовую. И отобранные в результате отсева сейчас входили в зал суда. Семь мужчин. Пять женщин. Рику хотелось, чтобы женщин было больше, они проявят больше сочувствия. Но перевес оказался на стороне мужчин – Тайлеру удалось вывести из списка многих женщин.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 80
