«Это кровавое возмездие, это молниеносное очищение родной земли от варварской, разрушительной большевистской орды, это провал стремительного наступательного разбега врага. Стихийное большевистское наступление сменилось стихийным бегством. Наступил переломный момент нашего противоборства».
«Ты, наверное, обижаешься, что я давно не давал о себе знать, Но причина тому даже не перегрузка на работе, а полное отсутствие воли и желания что-либо делать после того, что с нами произошло».
За полторы недели Красная армия очистила территорию Польши. В сентябре отступили и с Западной Украины. Политбюро освободило Сталина от обязанностей члена Реввоенсовета Юго-Западного фронта. Ленин по существу обвинил Сталина в провале наступления на Варшаву и проигрыше всей войны с Польшей.
Мирный договор с Польшей подписали в 1921 году в Риге. Границу провели по линии фронта, не очень удачной для России. К Польше отошли почти половина белорусских земель и примерно четверть украинских.
Пилсудский стремился отодвинуть государственную границу как можно дальше на восток.
Хотя Ватикан, чье мнение небезразлично для набожных поляков, призывал варшавских политиков к дальновидности (см. «Новая и новейшая история», № 1/1999). Папский нунций рекомендовал польским дипломатам проявить «осмотрительность, с тем чтобы в будущем не поставить под вопрос безопасность польского государства». Но польские политики к совету не прислушались.
Россия выплатила Польше контрибуцию в десятки миллионов рублей по курсу того времени — золотом и драгоценностями. На IX партийной конференции в сентябре 1920 года Ленин признал «глубокое поражение, катастрофическое поражение, которое мы потерпели в результате всего развития операции».
В этой войне обе стороны скрывали правду о невероятной жестокости, проявленной и польской армией, и Красной. Причем командование Красной армии несколько раз издавало приказы не наказывать пленных, но обе армии охватило какое-то дикое ожесточение.
Будущий премьер-министр Польши Казимеж Свитальский записал в дневнике 22 июня 1920 года: «Наши солдаты остервенело и безжалостно вырезают пленных».
Член Реввоенсовета Первой конной армии Ворошилов 4 сентября 1920 года писал старому другу Серго Орджоникидзе:
«Поляков изрублено и уничтожено больше двадцати тысяч. Вас может поразить и удивить большое количество истребленных, но удивляться не следует, так как „паны“ дерутся зверски и наносят нам большой урон. Озлобление бойцов бывает доводимо упорством поляков до максимальных пределов, а в таких случаях наши ребята рубят беспощадно. Наши потери также огромны. Мы потеряли почти весь свой комсостав, военкомов и до десяти тысяч бойцов, столько же приблизительно лошадей».
Когда польские войска взяли Брест и Брестскую крепость, то в одном из фортов устроили тюрьму для пленных красноармейцев. А сколько именно красноармейцев попало в польский плен — все еще не установлено.
По данным штаба Красной армии в декабре 1920 года в плену находилось сто семь тысяч красноармейцев. Нарком по иностранным делам Георгий Чичерин в своей ноте от 9 сентября 1921 года назвал цифру сто тридцать тысяч. Вернулись на Украину и в Советскую Россию от шестидесяти до восьмидесяти тысяч. А что же с остальными?
Польские историки утверждают, что остальные либо предпочли остаться в Польше, либо скончались в лагерях от болезней и голода. Это было время эпидемий, когда тиф и дизентерия косили людей, а условия в лагерях были ужасными. Но это часть правды. К пленным относились отвратительно, их избивали и не кормили. Российские историки полагают, что российских пленных сознательно сгноили в лагерях.
Пилсудский, создавший польское государство, мог изменить историю, начав новые отношения с новой Россией. Но он затеял войну, воспламенившую прежнюю ненависть.
Ленин откровенно говорил о «катастрофическом поражении» в польской войне, но мало огорчался по этому поводу:
— Мы на этом будем учиться наступательной войне. Будем помогать Венгрии, Италии, рискнем…
По существу, проигранная война с Польшей наложила серьезный отпечаток на всю предвоенную советскую политику. Ленин в 1920 году говорил:
— Польша является опорой всего Версальского договора. Современный империалистический мир держится на Версальском договоре… Польша — такой могущественный элемент в этом Версальском мире, что, вырывая этот элемент, мы ломаем весь Версальский мир.
