Не все, что важно, может быть измерено, не все, что может быть измерено, важно: как измерить счастье – и нужно ли это делать?
Признавая ограниченность использования денежных доходов для измерения уровня жизни, некоторые экономисты прибегают к прямому опросу людей о том, насколько они счастливы. Такое «изучение счастья» позволяет избежать множества проблем, связанных с измерением уровня жизни: что нужно учитывать; как мы можем определить ценность трудноизмеримых элементов, влияющих на уровень жизни (например, люди придумывают такие вещи, как индекс политической свободы); наконец, какой вес дать каждому элементу. Самое известное исследование такого типа – «Опрос о счастье» Института Гэллапа и «Всемирный опрос о ценностях».
Многим людям интересно, может ли быть измерено счастье и следует ли измерять его вообще. Тот факт, что концептуально это лучшая мера, чем доход, не означает, что мы должны пытаться измерить счастье. Ричард Лэйард, британский экономист, который стал одним из ведущих ученых, попытавшихся измерить этот показатель, в свою защиту говорит: «Если вы думаете, что нечто имеет значение, вы должны попытаться измерить его»{82}. Впрочем, многие не разделяют его точку зрения – включая Альберта Эйнштейна, по словам которого «не все, что важно, может быть измерено, не все, что может быть измерено, важно».
Мы можем попытаться количественно оценить счастье, скажем, попросив людей оценить по десятибалльной шкале, насколько они считают себя счастливыми, и предположить, что числа, например 6,3 или 7,8, – средние показатели в странах А и Б. Но такие данные даже наполовину не настолько же объективны, как 160 и 85 380 долларов дохода на душу населения – мы уже обсуждали, почему даже количественные показатели доходов нельзя считать абсолютно объективными.
Адаптивное предпочтение и ложное сознание: почему мы не можем полностью полагаться на суждения людей об их собственном счастье
Ведется очень важный спор о том, можно ли доверять суждениям опрашиваемых об их собственном счастье. Существует много видов адаптивных предпочтений, в которых люди дают новую интерпретацию своей жизненной ситуации, чтобы сделать ее более приемлемой. Классическим примером служит «зеленый виноград», то есть убеждение себя в том, будто нечто, что вы не смогли получить, на самом деле не столь хорошо, как вы думали.
Зачастую люди, терпящие угнетение, эксплуатацию или дискриминацию, говорят – и при этом не врут, – что они счастливы. Многие из них даже выступают против перемен, которые намного улучшили бы их жизнь: так, в большинстве своем европейские женщины выступали против введения женского избирательного права в начале XX века. Некоторые из них могут даже активно поддерживать сохранение несправедливости и жестокости – подобно тем рабам, что стали надсмотрщиками над другими рабами и первыми же их угнетателями, как, например, Стивен – персонаж актера Сэмюэла Джексона в фильме «Джанго освобожденный».
