6. Подводную лодку «Д-4».
7. Подводную лодку «К-21».
Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН
Конечно, сразу же собрался митинг личного состава. На корабль пришли поздравления от друзей-подводников, командования бригады, Тыла СФ, множество телеграмм, телефонограмм. На митинг пришли гвардейцы — личный состав ПЛ «К-22», тоже стоявшей на ремонте в Росте. Выступавшие на митинге поздравляли экипаж Краснознаменной «К-21» и желали ему новых побед.
В день 25-й годовщины Октябрьской революции, 7 ноября личный состав был построен на палубе корабля для торжественного подъема флага. «На флаг и гюйс смирно! — скомандовал командир. — Краснознаменный флаг и гюйс поднять!» Краснознаменный флаг гордо поднялся над кораблем и затрепетал на пронзительном северном ветру.
«ЧТО ОН ГОВОРИТ? Я ЕГО НЕ СЛЫШУ!»
Лодочному доктору, лейтенанту медицинской службы Сергею Кочетову был 21 год, когда с ним приключилась эта история. Лодка после ремонта отходила от заводского пирса в Росте.
Перед отходом командир Лунин спросил у старпома Арванова, все ли на борту. Арванов доложил, что нет доктора. «Кэп» резонно заметил, что до Полярного лодка доберется и без доктора, и начал командовать отход.
Когда лодка уже отошла от пирса на 2-3 метра, от, проходной завода показался бегущий во всю прыть доктор. Здесь нужно заметить, что доктор любил говорить друзьям: «Я тщательно подбираю подругу жизни!» Скорей всего, на этот раз подбор производился особенно тщательно и доктор не успел к отходу. Подбежав к краю пирса, он закричал: «Товарищ командир! Разрешите на борт!»
Наш командир был одесситом и при случае умел пошутить. Он, конечно, хорошо слышал крики доктора, но, посмотрев недоуменно на старпома, спросил: «Что он говорит? Я его не слышу!» Арванов, также обладавший большим чувством юмора, ответил: «Я тоже ничего не слышу!»
Бедняга доктор принял их речи всерьез и так заорал, что его, наверное, было слышно на противоположном берегу Кольского залива, на маяке мыса Мишукова.
Однако командир со старпомом опять, как говорится, «на полном серьезе» обменялись взглядами и репликами о том, что ничего не слышно. Доктор в панике продолжал орать так, что переполошил пол-завода. Швартовая команда, стоявшая на палубе, умирала со смеху, глядя на эту комедию, и чуть нс уронила в воду швартовные концы.
Наконец и доктор понял, что над ним подшутили, уныло махнул рукой, повернулся и побрел в Мурманск
[230]
на рейсовый пароход, ходивший в Полярное. Лодка ушла без него.
18 сентября 1942 года
погибла подводная лодка
«К-2»
20 ноября 1942 года
погибла подводная лодка
«М-121»
7 февраля 1943 года
погибла подводная лодка
«К-22»
[231]
ВОСЬМОЙ БОЕВОЙ ПОХОД (10 - 21 ФЕВРАЛЯ 1943 ГОДА)
10 февраля в 16.00 лодка вышла из главной базы. Задача — постановка минного заграждения, высадка разведывательной группы и неограниченная подводная война — уничтожение кораблей и транспортов противника в районе Лоппского моря.
Краснознаменная ПЛ «К-21» выходит в свой восьмой боевой поход. На мостике — Герой Советского Союза капитан 2 ранга Н. А. Лунин. Февраль 1942 года
Лодку хорошо отремонтировали, личный состав отдохнул. В команде произошли важные изменения: с корабля списали старшину группы трюмных Балукова и старшину группы электриков Козлова. На их места были назначены Матвей Карасев и Николай
[232]
Суслов. Ушел с лодки командир торпедной группы лейтенант Василий Терехов. Уехал на учебу командир рулевой группы Валентин Мартынов, на его место назначен младший лейтенант Дмитрий Камкин. Старпом Арванов, командиры боевых частей Ужаровский, Браман и Леошко, замполит Сергей Лысов много поработали по наведению порядка в организации службы, сплочению личного состава. Лодка стала знаменитой, Краснознаменной.
Командир рулевой группы КПЛ «К-21» лейтенант Дмитрий Камкин.
Словом, ничто не предвещало той беды, в которую попал экипаж Однако она пришла, большая беда, грозившая лодке гибелью. И чтобы с ней справиться, экипажу пришлось бороться изо всех сил, проявить все мужество, самоотверженность, геройство, на которые люди были способны и даже не способны раньше, но поднялись до таких высот, которые и не предполагали в себе.
Тем не менее, нужно признаться, что причиной беды была самая банальная недоработка Владимира Брамана, сначала как помфлагмеха по живучести, а затем как командира БЧ-V, неучет им имевшегося печального опыта — возникновения пожара на ПЛ «К-3». В походе «К-3» из-за высокой волны при свежей погоде вода попадала на верхний срез шахты подачи воздуха к дизелям в ограждении рубки. Подхваченная ураганным потоком воздуха, водяная «пробка» мчалась по прочной шахте и врывалась в V отсек. Кожух воздуховодов внутри отсека был негерметичным и брызги
[233]
Февраль 1942 года. Восьмой боевой поход. Минер краснофлотец Григорий Вовк у минно-сбрасывающего устройства. Идет постановка мин
воды попадали на переключатель питания (открытого типа) электроподстанции V отсека, откуда брали питание все электромеханизмы отсека.
[234]
После возникновения пожара и объявления аварийной тревоги на «К-3» было снято штатное электропитание ПС № 5 из VI отсека и аварийное питание от 2-й аккумуляторной группы IV отсека. До этого пожар тушился матами, но безрезультатно. После снятия электропитания пожар был погашен огнетушителями за 5-7 мин.
Февраль 1942 года. Восьмой боевой поход. Помощник вахтенного командира лейтенант Алексей Котов в боевой рубке наблюдает за срочным погружением подводной лодки
