1
Через несколько дней мы в качестве зам. министров в новом правительстве уже приносили от имени Национального фронта клятву перед президентом страны. После этой впечатляющей церемонии его высокопревосходительство господин президент пригласил нас на личную беседу. Первый гражданин государства, человек разносторонних способностей и огромной мудрости, поблагодарил нас за неустанную работу в области национальной защиты волосатых и в то же время обратил наше внимание на зов истории в свете растущей нищеты и безработицы в стране и на необходимость более мягкого обхождения с определенными кругами лысых, в первую очередь с теми из них, кто обладает капиталом.
— Ваше высокопревосходительство, — опередил я Пепи, — все это и так понятно — как в свете неотложных проблем, так и в свете нашего к вам глубочайшего почтения. Наши глубокие научные исследования проблемы лысых показали, что лысые, имеющие собственность, проникнуты значительно большим патриотическим чувством, чем лысые бедняки. Причем, что интересно, первая категория к тому же еще и богаче. У этих людей нет никаких причин опасаться будущего, однако остальные лысые, господин президент, заплатят за свои грехи в стократном размере. На том стоит и будет стоять Национальный фронт гарпунеров!
При этих словах господин президент заявил, что мы произвели на него очень хорошее впечатление. Его высокопревосходительство позвонил в звонок и вызвал свою секретаршу — высокую блондинку, — а мы вышли из зала, отвешивая господину президенту глубокие поклоны, очарованные встречей с этой удивительной личностью.
Наш офис перевели в Государственный институт по изучению проблем лысины, где нам выделили пятьдесят комнат. Эти помещения, так же как и шестьдесят восемь чиновников, тщательно проверенных с точки зрения волосяного покрова специальной государственной комиссией, предоставило нам министерство внутренних дел. В день нашего вступления в должность мы удостоились визита главы правительства Эберхарта Т. Дуговича в сопровождении его приемного отца доктора Зенмайера.
Мы провели с ними теплую дружескую беседу относительно актуальных политических событий.
— Примите к сведению, — заявил глава правительства, — что вы ни в коем случае не должны подрывать древних основ гуманистической морали нашего народа. Мы всегда гордились тем, что мы страна закона и демократии, и мы как зеницу ока блюдем неотъемлемые права граждан. У нас, друзья, лишь воля народа устанавливает демократические порядки.
— И моя тоже, — добавил доктор Зенмайер, — и то, и другое.
— Ну, это само собой понятно, — заметил премьер-министр. — Вот в этом духе, друзья, вам нужно продумать возможность как можно скорее разработать законопроект, который максимально затруднит лысым носорогам социальное и экономическое продвижение. Мы надеемся, что такой закон будет подготовлен вашей фракцией без излишней жалости и снисходительности.
— Разумеется, ваше высокопревосходительство, — немедленно ответил я, — к нашему превеликому удовольствию.
Мы перешли к обсуждению деталей законопроекта. На этом этапе к нам присоединился и министр внутренних дел барон Дорфенхаузнер. Он тут же заявил, что первый параграф нового закона должен немедленно отменить право лысых накладывать арест на имущество волосатых. Если, например, волосатый имеет виллу в районе Холмов Роз, а лысый директор банка злоумышляет наложить на эту виллу арест из-за смехотворного долга в сорок тысяч форинтов, то такой арест не имеет юридической силы. И этот вопрос уже не должен обсуждаться компетентными органами за исключением тех случаев, когда должник сам об этом попросит.
Тут нам пришлось затронуть и еще одну актуальную тему: оказывается, в стране нет данных относительно масштабов облысения населения. Поэтому мы приняли предложение доктора Зенмайера и официально потребовали от ЦСУ немедленно исправить это упущение, оставив все остальные работы и сосредоточившись лишь на подготовке подробного отчета о ресурсах лысых и лысеющих в стране. Поскольку лишь профессионалам под силу выполнить эту нелегкую задачу — точно установить степень облысения головы отдельно взятого гражданина, — министерство внутренних дел по нашей рекомендации создало постоянно действующее Главное управление по учету лысых — Главлысучет (ГЛУ), где должны были работать офицеры, обладающие соответствующими полномочиями и знаниями. Работа этого учреждения была призвана положить конец неразберихе, творившейся в этом важном деле, и обеспечить наконец общество необходимой информацией. Офицеры, которых поставили во главе нового учреждения, прошли ускоренный курс обучения при правительстве. На работу в ГЛУ принимали лиц в возрасте от 22 лет, без уголовного прошлого и, разумеется, с соответствующим уровнем волосяного покрова.
Мы с Пепи несколько опасались возложить на себя разработку законопроекта и поэтому попросили у доктора Зенмайера разрешения обратиться к премьер-министру с просьбой предоставить в наше распоряжение шесть адвокатов, с отличием закончивших юридический факультет.
