1
Когда входишь в бой полностью, когда чувствуешь его, когда горячий ствол автомата становится продолжением не только руки, но и мысли, когда и летящая пуля становится продолжением мысли, тогда уже трудно остановиться и перейти на мирный образ мыслей. Каждая мысль оттенена одним – поиском цели, быстрейшим желанием обнаружить врага и нажать на спусковой крючок автомата. Нажать с силой и злобой, с отчаянием от положения, в которое попали все они...
Сейчас все уже готовы к бою, готовы к прорыву, к уничтожению противника, занявшего единственный для них возможный проход на перевал в лабиринте гор и ущелий. Но при всей готовности, при всем желании быстрее начать стрелять подкрадываются они к засаде федералов спокойно и скрытно, почти без шума. Анвар для разведки человек незаменимый – он ведет группу по такой крутизне, что дух захватывает. А потом заставляет пробираться с камня на камень чуть ли не по отвесной стене, и сам еще тащит свою тяжеленную «газонокосилку». Как Анвар чувствует место, которое совсем не знает, где никогда еще не был – это другим непонятно. Это даже ему самому непонятно, но он ведет группу, ни на минуту не останавливаясь, чтобы в сомнении рассмотреть то, что впереди. Он словно заранее знает, что впереди будет удобная для обстрела тропы площадка. Может быть, он в самом деле знает, потому что все горы устроены одинаково, по какому-то общему особенному и замысловатому принципу, не всем понятному. Анвару этот принцип понятен, он пришел к нему вместе с кровью отца и матери от дедов и прадедов, от многих поколений предков, точно так же живших в горах и точно так же чувствовавших их. И постепенно склон становится более пологим, передвижение более простым, и уже не кружится голова от взгляда под ноги.
Анвар руку за спиной поднимает, призывает к вниманию и тишине. Идущие следом повторяют знак, призывая к тому же всю цепочку. Анвар знак дважды повторяет – на общепринятом языке жестов это приказ остановиться, а сам он откладывает на камень гранатомет и медленно продвигается вперед, скрадывая каждый свой шаг, трижды пробуя почву под ногами, прежде чем встать твердо – не приведи Аллах, камень сорвется и вызовет шум...
Аббас замирает за спиной разведчика, готовый в любую минуту вскинуть автомат и поспешить на помощь Анвару. Но того через мгновение скрывает темнота, и не доносится ни звука со стороны, в которую он ушел. Ожидание длится напряженно, мучительно тянется. Устали все, и все понимают, что завершение ожидания и будет той самой разрядкой, которая необходима каждому. Проходит пять минут, десять, пятнадцать... Наконец черный силуэт высвечивается на фоне темного неба. Анвар во весь рост поднимается и делает приглашающий знак рукой. И сам идет на сближение, чтобы «газонокосилку» взять. Но Аббас захватывает тяжелое оружие, чтобы передать его Анвару.
– Что там?
– Хорошая площадка. Правда, чуть узковата. Придется под углом к обрыву ложиться. Как ее федералы не заняли? Наверное, с той стороны прохода нет.
– Засада где?
– Чуть в стороне, впереди. Но там все простреливается. Не очень далеко. Мы их накроем...
– Пути отхода?
– У нас?
– У них...
– По тропе и на противоположный склон. Темно. Тот склон не видно.
– Если пойдут по тропе, мы скоро снова завязнем. Надо отрезать...
– Как?
– Пройдешь дальше? С «газонокосилкой».
– Там склон открыт... Я мишенью стану.
– Я попробую, – решает Аббас.
– Нет. Это самоубийство. Ни к чему. Я отсюда тропу достану. Главное, чтобы видно ее было. Хоть один бы ПНВ! Достану. Так...
Дальше уже какое-то время можно идти в полный рост, не прячась. Но скоро склон поворачивает и открывает вид на черноту долины внизу. Но засаду не видно. Ее может определить только тот, кто знает ее месторасположение.
Идут пригнувшись, ступая осторожно. Так и выходят на узкую, в полтора метра шириной и метров в тридцать длиной, террасу. Анвар рукой молча показывает сначала на террасу – здесь позиция, потом вниз, объясняя, где расположилась засада федералов. Ему подносят металлические коробки с запасом гранат, он долго копается, разбираясь в маркировке, потом выбирает сразу три гранаты с одной маркировкой и заряжает их первыми.
