…Мы не знаем о Стране Чудес.
Мы не знаем, как туда добраться.
Но мы будем искать дорогу туда.
О моментах, которые проведем там.
Евгения
Великолепный дом с одной стеклянной стеной будто сошел с картинок глянцевых журналов, в каких представлялись изысканные интерьеры и предметы быта. Хмурые люди проводили нас в гостиную, где в глубоком кресле с высокой спинкой сидел старик, уткнувшийся в газету и всем своим видом не замечавший нашего появления. Его наряд выглядел странно, почти нелепо: ноги облегали брюки на подтяжках, живот обтягивала застиранная белая майка.
В комнате, утопленной в полумраке, стоял огромный раскидистый фикус с нахохлившимся воробьем на ветке. Под мягким диваном на гнутых ножках притаился откормленный кот, которого поначалу я приняла за комнатную дворняжку. Обстановка гостиной смотрелась дорого, но без излишней помпезности и располагала к тихим семейным беседам.
Охранники окружили нас, Люк придерживал меня за талию, его лицо оставалось бесстрастным.
– Ты так и не приехал к Руте, Люка. – Голос у старика звучал глухо, чуть хрипловато, как у курильщика.
– Ты пытался меня убить, Оскар. – Обвинения произносились безразличным тоном, а потому особенно зловеще.
Мужчина опустил газету и внимательно оглядел нас двоих через стеклышки очков. Похоже, он и не собирался отрицать очевидное.
– Кто эта девушка? – кивнул он. – Сегодняшний переполох ты устроил из-за нее?
Я почувствовала, как из живота поднимается горячая волна и приливает к щекам. Что натворил Люк, пытаясь спасти меня?!
– Это было глупо, мой мальчик, – Оскар зло блеснул глазами, – очень глупо. Ты же понимаешь, чем закончится твое геройство. – Люкка скрипнул зубами. Я чувствовала себя виноватой. – Я просил тебя не подставлять под удар Семью, ты не послушался. Извини, Люк, я люблю тебя как сына, но ты знаешь правила.
Я почувствовала, как пальцы Люка сжали ткань моего пальто, и меня бросило в жар.
Оскар еще раз смерил меня презрительным взглядом от носков до макушки:
– Она даже не из этого мира, – произнес он, ставя ударение на каждом слове, и уставился на Люка.
– Оскар, отпусти ее. Она ни при чем.
– Очень при чем! – Он впервые повысил голос. Охранники отчего-то вжали головы в плечи и уставились в пол. – Ее перетащили из-за тебя и из-за этой штуки, которую ты украл у хранителей. Эта стрелка. Где она?! Она ведь с тобой, так?!
Оскар махнул рукой, один из охранников оттолкнул меня от Люка, и я, снова провалившись пяткой, только чудом удержалась на ногах. Здоровяк схватил меня за плечи, удерживая, словно я действительно могла дать стрекача.
– Полегче, парень! – процедил Люк, смерив его нехорошим взглядом.
Его самого уже ощупывали и выворачивали карманы куртки, пока в руках у одного из головорезов не появился маленький мешочек. Он махнул им у Люка перед носом и с почтением передал Оскару. Старик отложил газету и вытряхнул на большую ладонь маленькую деревянную стрелочку. Та неожиданно подскочила и неподвижно застыла в воздухе, указывая острием на меня.
– А теперь расскажи мне, что это.
Люк помолчал и хмыкнул:
– Пусть он уберет руки от моей женщины.
Оскар коротко кивнул, охранник тут же освободил меня, и через мгновение я прижималась к Люку, тут же почувствовав нечто похожее на спокойствие.
– Это магнит, – поведал он. – Бомба, другими словами. Хранители нашли трещину в пространстве и хотят открыть ворота в новый мир. Магнит должен расширить дыру.
В моей голове словно пулемет застрочили мысли, одна за другой. Они цеплялись друг за друга, вырисовывая всю картину разом.
– Этот мир полон энергии, – заявила я на свой страх и риск, разбивая повисшее молчание.
Клянусь, присутствовавшие в комнате мужчины посмотрели на меня с немым изумлением, будто на безмолвного зверька, неожиданно заговорившего.
Я почувствовала, как ладонь Люка, лежащая на моей спине, становится предупреждающе ледяной. Он предлагал мне заткнуться. Набрав в легкие побольше воздуха, я быстро продолжила:
– Я знаю человека, который может показать нам, где этот мир находится. Ты сможешь попасть туда первым, – кивнула я Оскару. – Третья параллель походит на глянцевый рай.
Люк незаметно отодвинулся от меня, я боялась посмотреть на него, уже представляя ледяное выражение на скуластом лице. Старик поднял брови, люди, как по команде, вышли из комнаты, подчиняясь немому приказу. Плотно и тихо закрылась дверь, и мы остались втроем.
– Она говорит правду? – спросил Оскар, обращаясь к Люкке.
– Ей лучше знать, – хмыкнул тот и теперь открыто отошел.
Похоже, только что я заработала кучу неприятностей.
