13 февраля во второй половине дня наши подразделения врываются в Малый Калинец. В 23.00, подтянув с Веретейки подкрепление до 80 человек пехоты и две повозки с боеприпасами, противник переходил при поддержке двух танков в контратаки. Артиллерийская батарея 682-го стрелкового полка прямой наводкой уничтожила оба танка, вражеские экипажи пытались спастись, но были убиты. Всю ночь продолжался бой за этот населенный пункт. Днем 14 февраля остатки гарнизона смогли пробиться в Веретейку.
13 февраля батальоны 645-го стрелкового полка выбивают противника из деревень Дуплянка, Черная и Зорянка. Вечером 15 февраля противник силами до 300 человек: 3-я разведрота дивизии СС и 3-я рота 306-го строительного батальона, из района Горчицы – Махлюево перешел в наступление на позиции 645-го стрелкового полка в деревне Зорянка. С 15 по 17 февраля полк удерживал занимаемые позиции, продолжая уничтожать противника.
Горчицы освободили на седьмые сутки
Перед штыковской дивизией командарм Берзарин поставил задачу захватить пункт Горчицы. Предыдущие попытки соседней 26-й стрелковой дивизии полковника Кузнецова не увенчались успехом. Горчицы располагались на пологой возвышенности, позади ее к югу, под крутым берегом, протекала небольшая река Ларинка. С остальных сторон местность была открытая, удобная для обороны. Гарнизон состоял из подразделений 502-го полка 290-й пехотной дивизии и эсэсовской группы Модера дивизии «Мертвая голова».
17 февраля батальоны 645-го стрелкового полка атаковали Горчицы трижды: 2-й батальон с северо-востока, 4-й и 3-й батальоны с юго-запада, но неудачно. Во время атак батальоны подвергались огневому воздействию 1-го и 3-го батальонов дивизии «Мертвая голова».
18 февраля 645-й и 1317-й стрелковые полки четыре раза атаковали Горчицы. У врага была создана мощная огневая система, атакующие попадали под сильный пулеметный и артиллерийский огонь. Все четыре атаки немцами были отбиты. Атакующие несли тяжелые потери.
Противник в район Горчиц (1/3 п.п., 8 станковых пулеметов, установленных в подвалах деревенских домов и дзотах, большое количество автоматов) при поддержке двух батарей 105-мм трехорудийного состава из района соседней Новой Деревни, Никольского, минометной батареи из района Сомшино и бомбардировочной авиации, до 15 «Штук», в течение дня продолжал оказывать ожесточенное сопротивление. По данным разведки, вражеские обозы из Горчиц, Подбелы шли на Новую Деревню.
Попытки выбить врага из Горчиц предпринимались и в следующие дни, и только 22 февраля это удалось сделать.
23.02.42 г. 5.00 Штадив 202, лес 1,5 км зап. пос. Беглово:
...
«1 дивизия продолжает вести наступательный бой, преодолевая ожесточенное огневое сопротивление пулем., мин., и арт. огня и пр-ка, к 16.00 овладела Горчицы. В течение ночи, отбив 4 контратаки пр-ка, пытавшегося восстановить свое положение, все контратаки пр-ка отбиты с большими потерями для него, в районе Курляндское – Пустыня активности не проявлял.
Пр-к, оставив на поле боя до 300 трупов и большие трофеи, оставил деревню. Подтянув до 2 батальонов пехоты из Подбелы, Никольское, при поддержки арт. – мин. огня 4 раза переходил в яростные контратаки с юга и юго-зап. стороны деревни, все попытки отбиты с большими потерями для него, при этом оставив на поле боя еще до 200 трупов» [112] .
У начальника артиллерии полковника Ф.Т. Дахновского 16-летний сын был артиллеристом. За этот бой он был награжден медалью «За отвагу».
Из немецких воспоминаний: «22 февраля 290 пехотная дивизия отводит линию фронта. Пехотный полк 502 занимает линию Курляндское – Горчицы, а 503-й пехотный полк на восточном крае леса по линии Горчицы – Подбела – Тополево – Обша.
22 февраля Горчицы переходят в руки противника, остатки III-/SS– T.JR вместе с частями 502-го пехотного полка снова врываются в деревню. Но все-таки 23 февраля Горчицы окончательно переходят к русским. Боевая группа Модера больше не существует. Все погибли, за исключением нескольких человек. Остатки III-/SS– T.JR-3, примерно 40 человек, присоединяются к боевой группе Клеффнера в Васильевщине» [113] .
Ветераны дивизии хорошо помнят бои за Горчицы. Вот выдержка из письма бывшего военного фельдшера 202-й стрелковой дивизии Столбова Николая Ильича:
«…На другой день Горчицы были взяты. Там не было ни одного уцелевшего дома – все разбито. На дороге, по выходе из Горчиц, лежали трупы молодых немцев, без шапок, в сапогах. Как они шли в строю по четыре человека, так и остались лежать. Общее их число было человек пятьдесят. Мне говорил командир роты противотанковых ружей капитан, кажется, его фамилия Дронников, что это ему поручил полковник Штыков сделать засаду в белых маскировочных халатах, и он это выполнил, конечно, не один, а с каким-то подразделением» [114] .
В боях за Горчицы погибли 70 человек жителей деревни. Как это произошло? Раиса Ивановна Нежнова, для которой Горчицы – родина, рассказывала, что в начале февраля 1942 г. всем жителям была дана команда собирать вещи и уходить в Сорокопенно. На сборы было отведено 2 часа. Конкретным поводом для этого послужил следующий случай. Немцы для защиты от партизан, которых они явно боялись, по берегу Ларинки установили сплошное минное поле. Одна девушка зачем-то пошла к реке и подорвалась сначала на одной, а затем и на другой мине. Ее разнесло в клочья. Тем самым была нарушена система обороны против партизан.
Староста Николаев распределил имеющихся лошадей – одна на несколько семей. Всех погнали в Сорокопенно. Семья Нежновых стремилась вернуться обратно в родные Горчицы. Отец дал ведро меда и хромовые сапоги немецкому солдату, и он их провел до Новой Деревни. Дальше они с большим трудом, через патрули добрались до Горчиц, в дома их немцы не пустили, и пришлось устраиваться в землянках, которые были сооружены еще до боя почти у каждого хозяина. Когда начались бои, те, кто вернулся, находились вместе с немцами в окопах, землянках и других местах на территории деревни. В ходе боев деревня (около 80 дворов) исчезла целиком. Домов не осталось вообще, только у дома Бурова Василия, у поворота на Зорянку, уцелел подвал. Была уничтожена и ветряная мельница, верно служившая не один десяток лет.
