Это время приходит.
Ты обязательно возвращаешься туда, где все началось. Где ты впервые почувствовал биение жизни – своей собственной. Где увидел звезды и потянулся к ним.
Когда ностальгия пропитает тебя насквозь и погасит огонь в очаге, ты бросишься искать дорогу обратно. Сквозь протонные бури и поля жестких излучений, выкарабкиваясь из гравитационных ловушек черных дыр, оставляя свою кровь и обрывки кожи на бритвенных лезвиях границ измерений.
Путь будет долгим. Возможно, бесконечным. Наверное, непреодолимым.
Но когда опустятся крылья, и все покажется наваждением, бредом, галлюцинацией – луч родной звезды погладит тебя по щеке. И ты уловишь запах из детства, забытый вечность тому. И помчишься туда, где без тебя давно остыло гнездо.
Это время непременно приходит.
А если нет – значит, ты еще не готов.
* * *
Автоматический билетер пребывал в ступоре.
– Предъявите, пожалуйста, командировочное удостоверение, копию трудового контракта или экскурсионный ваучер.
– Отстань, железяка. Нет ничего из перечисленного. Просто дай мне место на ближайшем борту до Кормушки. Я туда хочу.
– Извините, вариант «я туда хочу» не предусмотрен билетной программой. Предъявите командировочное, копию трудового…
– А-а-а, дура механическая!
Я врезал по терминалу – и отбил костяшки, конечно. Затряс рукой, матерясь.
– Твою гребаную железную маму, чтоб тебе разъемы разорвало…
– Выберите язык общения. Ваша речь не распознается. Для получения посадочного талона предъявите.
Я с тоской оглядел пустой зал космодрома. Чем бы шарахнуть? Мусорницы хлипкие, а скамейку я не подниму. Или подниму, но надорвусь. И так колотит с бодуна.
Глыба терминала невозмутимо подмигивала зеленым огоньком. Только динамитом брать.
– Вас приветствует космодром планеты Парис. Приглашаем на орбитальные экскурсии для дошкольников «Вокруг света за восемьдесят минут». Для получения…
– Заткнись. Позови мне человека. Кого-нибудь, сделанного из мяса.
– Ваша просьба принята. Ждите ответа.
Терминал заиграл Вивальди.
Я побрел к автомату с напитками. Отдуваясь, выхлебал банку пива, взял вторую. Теперь маленькими глотками. Жизнь налаживалась, и тут как раз ожил мой механический знакомец.
– Начальник пассажирской службы, слушаю вас.
– Приветики. Мне нужен билет до Кормушки.
– Цель полета?
– Блин, еще один. Никакой цели. Просто погулять, вспомнить былое. Я – свободный гражданин свободного Париса. Что, не имею права?
– Имеете. Просто необычно. Но не запрещено. Секунду. Терминал крякнул и выплюнул пластиковую карточку.
– Рейс через два часа. Счастливого пути.
* * *
На стене зала – схематичное изображение скопления астероидов, в просторечии – «Кормушки». Наша планета бедна металлами и радиоактивными элементами, приходится добывать их в рое осколков. Космическая катастрофа когда-то разорвала безымянную несчастливицу на тысячи кусков каменной требухи, и теперь добытчики- трапперы ковыряются в них, ища богатые железом, титаном или ураном.
Кто-то называет трапперов падальщиками. Стервятниками, копающимися в останках. Дурак этот «кто-то».
Лучшие годы я провел в крохотной корабельной рубке. Топливо дорого, и каждый килограмм, каждый кубический дециметр – на счету. Уворачиваясь от шальных метеоритов, крутясь по немыслимым траекториям, вчитываясь в пластиковую ленту спектрограммы.
Бессонные сутки, крепкий кофе и табачные таблетки: курить на корабле заказано, не выдерживают очистители воздуха. И каждый раз – надежда: вот, сейчас, спектрограф выдаст желанное. Красную полоску медной жилы или скачок счетчика излучения, поймавшего урановое скопление.
И – разочарование пустых рейсов. Ковыляешь на базу и думаешь: на какие шишы лететь в следующий раз, если продавец топлива ждет у шлюза с разводным ключом, чтобы выбить долги.
И адреналиновый фейерверк, когда безнадежный маршрут вдруг выводит на богатый металлом осколок. Дребезжа от нетерпения, матерясь на медленный бортовой компьютер, лихо заходишь по дуге – и лепишь на километровый булыжник нашлепку автоматического добывающего комплекса. Возвращаешься римским триумфатором, волоча на магнитных тросах ворох контейнеров с рудой.
Мило улыбается топливный, пряча за спиной разводной ключ:
– Макс, не забудь в следующий раз заправиться у меня. Кредит открыт, качество отменное, ты же в курсе.
