1
Британские «котики» плыли к субмарине парами. Впереди Хантер и Джинжер. Чуть позади и справа Глок и Весна. В комбинированных дыхательных аппаратах, вооруженные боевыми подводными «хеклерами» и карабинами, они выглядели настоящими боевыми машинами. Акваланги работали по замкнутому циклу, и ни один пузырек воздуха не выдал их.
Они плыли на глубине двенадцать метров, используя акваскопы, и привычно отмечали необходимость этих приборов: на этой глубине их зрение намного превышало нормальное. С их помощью они легко смотрели как из-под воды, так и над водой. Вот как сейчас.
Хангер подал условный знак, и группа боевых пловцов медленно всплыла.
До «Мурены» было не больше двухсот метров. Но в воде, маскируясь водорослями и мелкими волнами, подводные пловцы были невидимы. Они были настолько уверены в своих силах, что даже не думали об этом. Сколько бы человек ни находилось на сафарийном боте, они, по сути, обречены. И еще — они не имели права на ошибки, потому никогда не допускали промахов.
Хантер чуть приподнял руку и поднес к глазам прибор GPS. С помощью спутниковой навигации он точно определил местонахождение группы. Даже его, опытного боевого пловца, удивили цифры на продолговатом экране. Бойцы находились точно на экваторе. Градусы, минуты и секунды приобрели вид нулей. «Удивительно», — мысленно произнес Хантер.
Пока он удивлялся, его товарищи вели наблюдение за «Муреной». Они отчетливо различили звуки музыки, приблизительно посчитали людей на борту. И это было важно. В планы Хантера входила как ликвидация русской экспедиции, так и четкое определение цели: узнать, что нашли русские.
На поверхности воды они дышали смесью из дыхательных баллонов. Ее запасов хватало до двенадцати часов.
«Сколько их?» — спросил Хантер Весну.
«Семь мужчин, две женщины», — жестами показала девушка.
«Значит, они все на борту». Хантер провел рукой по горлу: «Будем брать».
«Мурена» была позиционирована точно над таинственным местом, и дополнительных координат британцам не понадобилось.
* * *
Снова яркий свет прошелся по мшистой чешуе железной рыбы-пилы, рыбы-меча, рыбы-убийцы. Пришло в движение ограждение боевой рубки. Затем все снова замерло. Но едва яркий луч английского фонаря нырнул за переднее ограждение мостика, а затем внутрь, как закачался под светом штурвал, крышка люка.
Иллюзия.
Весна застыла над верхней палубой. Свет ее фонаря пробежал, а потом вернулся к намертво прикрученному огромными болтами пулемету. Бутылочного цвета, он сторожил субмарину все эти долгие годы. Свет английского фонаря отбросил тень на палубу и от него.
Отбрасывает тень — значит, перестал быть призраком.
Весна всплыла на край овального ограждения рубки, увидела открытый люк. Она показала командиру: «Спустимся?»
Хантер не успел ответить. Он четко различил шум моторки. Поймал себя на странной мысли, глядя через акваскоп вверх, что у катера, который нехотя набирал обороты и отходил от плавбазы, сигнально-различительные огни расположены и под днищем.
2
Джеб снова всматривался в даль, жалея, что на его плавбазе нет перископа, тогда горизонт был бы как на ладони. Он так и не понял, отчего явилась эта нервная мысль. То ли действительно от нервной ситуации, когда нужно ждать и выманивать противника из его логова, вызывая огонь на себя, то ли действительно от того, что под килем плавбазы целая пара поднятых перископов.
«РИБ» походил на акулу, кружащую вокруг раненой жертвы. Раненой? Ну нет. «Мурена», ее спутник-катер и команда не получили ни одной царапины.
«Не накаркай!» — лениво прикрикнул на себя Блинков.
