Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 83
Дейзи было не до расшифровки этой реплики. Она твердо зашагала по палате, стараясь не смотреть на людей, лежавших или сидевших на койках. У второй койки от конца она остановилась.
Эдейр лежал с закрытыми глазами, его левая нога была на растяжке, правая рука забинтована. На голове белела свежая повязка. Все лицо было в кровоподтеках и порезах, один глаз сильно подбит. Дейзи удивили чудесные желтые нарциссы в бутылке из-под молока на его тумбочке, преображавшие всю палату. Она огляделась. На других тумбочках никаких цветов не было.
– Интересно, от кого это? – спросила она шепотом.
– От Альфа, – ответил ей такой же шепот. – До чего же он смутился, когда парень с соседней койки спросил, когда роды!
Дейзи покраснела до корней волос.
– Простите, – сказал Фрэнк, – что-то меня занесло.
– Эдейр! – позвала она.
– Дейзи… – Он протянул левую руку, она сжала ее и поняла, что разжать пальцы будет очень трудно. – Дейзи… – повторил он. – Как чудесно! Я видел, как ты шла по палате, но решил, что это галлюцинация.
– В смысле, не то, что происходит на самом деле? Нет, я здесь.
– Боюсь, мне сейчас не встать. Немного повредил ногу.
– И руку.
– Руку? Ах да, совсем забыл. Должно быть, пулеметная очередь. Я ничего не чувствую, Дейзи, плыву, плыву…
Неужели он повредился рассудком? Что значит «плыву»? Она помимо воли сильно стиснула ему руку.
– Ты здесь, Дейзи, ты настоящая.
– А то как же! Меня впустил медбрат; вообще-то мне сюда нельзя.
Не считая визита к Роуз, ей еще не доводилось навещать пациентов больниц. Ей никогда не приходило в голову, что когда-нибудь она придет к летчику, пострадавшему при вынужденной посадке. Что говорить? Проклятье! В руководствах ВААФ было расписано все-все, кроме этой ситуации.
– Вы все еще плаваете, Эдейр?
– Плаваю? Я научился плавать в школьном бассейне. Один парень мог лежать на воде и читать. Это мне было не под силу, но просто лежать на воде у меня получалось. Замечательное ощущение!
– Как ваша голова?
– Болит. Я падал на группу фермеров, Дейзи. – Он вдруг разволновался, попытался привстать, но беспомощно растянулся.
– Вы пролетели мимо них. – Только бы не ошибиться! Но Альф наверняка сказал бы ей о жертвах.
– Я пытался увести самолет дальше. Помню камни, много камней…
– Вам пора уходить, мисс. – Рядом с койкой вырос медбрат Фрэнк. – Он вспоминает падение?
Она кивнула.
– Он упал на дамбу. Если бы врезался в фермеров, падение было бы помягче. Но как они ему признательны!
– Слава богу! – перевела дух Дейзи.
– Хвала пилоту. Один из фермеров так и говорит: не знаю, мол, откуда у него взялись силы – вывел свою птичку из пике, хотя от дамбы ничего не осталось. Фермер легко отделался! А теперь брысь отсюда, и чтобы в следующий раз только в строго отведенные для посещения часы! Все, поцелуй – и шагом марш!
Дейзи переводила взгляд с Фрэнка на Эдейра, опять закрывшего глаза. Нагнувшись, она ласково прикоснулась губами к его губам – единственной не пострадавшей части его лица.
Выходя из палаты, она чуть не врезалась в старшую медсестру.
– Будем считать, что я вас не видела, – сказала та. – Прочь отсюда, не то вам несдобровать!
И Дейзи пустилась наутек.
Глава 13
Дейзи приходила к Эдейру в часы посещений ежедневно – до самого конца своего отпуска.
Первые несколько дней были трудными, потому что он находился под действием успокоительных средств. Она с облегчением поняла, что в его «плавании» нет ничего серьезного, просто он пытался объяснить, как на него действуют лекарства.
Фрэнк Уишоу тоже мелькал перед Дейзи каждый день. Однажды она захватила для него маминых пирожков с яблоками, чтобы ему было чем угостить сослуживцев. Он был беззаветно предан своей работе и больным. В Первую мировую, совсем юным, он записался добровольцем в армию.
– Там я и научился выхаживать людей, Дейзи. Это была настоящая мясорубка – мне до сих пор снятся окопные кошмары, зато это послужило началом моей, так сказать, карьеры.
В 17 лет Фрэнк уже был вполне крупным парнем, чтобы дать ему на глазок больше лет, чем на самом деле, поэтому усталый врач сразу впряг его в работу. Сначала он переносил раненых и убитых солдат. На врача произвела впечатление почтительность, с которой новый санитар обращался со своими подопечными.
– Я учился прямо на поле боя у лучшего специалиста, а потом, в начале тридцатых, получил квалификацию медбрата. Тогда все поражались, что мужчина хочет быть медбратом, а не врачом. Но все постепенно меняется…
– А вам бы хотелось выучиться на врача, Фрэнк?
– Вы говорите с уроженцем Биллингсгейта, который когда-то радовался любой работе, хоть тасканию ящиков с рыбой. Я бросил школу в двенадцать лет, а впоследствии учился ни шатко ни валко. Почти всем, что умею, я обязан святому, преподавшему мне свою науку на поле боя. – Он грустно уставился в свою чашку.
– Где он теперь?
– Его разорвало на куски в 1918 году, за два дня до конца войны. Все, прощайтесь со своим майором. Куда вас направят теперь?
– Пока не знаю. Надеюсь, туда, где я смогу заняться всамделишными самолетами.
– Берегитесь пропеллеров! Вы не поверите, сколько бедняг с отрубленными руками поступает к нам с аэродромов!
– Я буду глядеть в оба, Фрэнк, – ответила Дейзи, признательная ему за откровенность. – Не забудьте, моя мать ждет вас к себе в гости, как только вам дадут выходной.
Их расставание получилось невеселым: Дейзи понравился необычный медбрат. Эдейр тоже отзывался о нем с восторгом. У него, как и у Эдейра, толком не было родственников, и однажды Дейзи пригласила его к себе домой. Флора, мать пятерых детей, тут же решила, что за Фрэнком нужно приглядывать. Разве не для этого она создана?
– Наконец-то она внесет весомый вклад в победу! – радостно согласились сестры-близнецы. – Все лучше, чем не находить себе места от волнения за нас!
Но теперь, наведавшись в госпиталь в последний раз, Дейзи переживала, как она будет жить, не видя Эдейра и не имея возможности расспросить неподражаемого Фрэнка о его состоянии. Сломанная нога летчика заживала, рваные раны на ней успешно залатали, три пули из плеча и руки благополучно извлекли. Выздоровление шло успешно, синяки на лице и порезы на голове стали гораздо менее заметны. Его «плаваниям» пришел конец, но Дейзи казалось, что иногда он чувствует какое-то замешательство, их беседы порой застопоривались.
Она шла по знакомому коридору, машинально здороваясь с работниками и пациентами. Впервые она отдавала себе отчет, что все дело было в том поцелуе, мимолетном соприкосновении губ.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 83
