Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 99
Но ведь во всех учебниках написано, что Вторую мировую войну развязал Адольф Гитлер? Да, бесспорно, Гитлер совершил величайшие преступления ХХ века: вероломное нападение на СССР 22 июня 1941 г., уничтожение миллионов людей в концлагерях и т. д. Но что, без Гитлера не было бы Второй мировой войны?
Ровно через 5 лет после окончания Великой войны, 9 ноября 1923 г., Гитлер, шедший во главе колонны нацистов в Мюнхене, попал под обстрел полицейских. Макс Федорович Шейбнер-Рихтер, бывший офицер царской армии, закрыл фюрера своим телом. Гитлер оказался под трупом Рихтера, а затем укрылся на квартире генерала Василия Васильевича Бискупского. Ну, русский след в зарождении нацизма – тема особая, а мы представим на секунду, что Рихтер оказался бы на полметра правее или левее Адольфа, и фюрер получил бы в лоб полицейскую пулю. Так что, в этом случае Вторая мировая война не состоялась бы, и в Европе до сих пор действовала бы Версальская система договоров?
В советское время наши историки восторженно писали об Эрнсте Тельмане – вожде германских коммунистов, непримиримом борце с фашизмом. Но, судя по всему, оные авторы не читали речи Тельмана. Я же не поленился и прочел с карандашом. Спору нет, программы коммунистов и нацистов во внутренней политике кардинально расходились. Но найти разницу у Гитлера и Тельмана по отношению к западным державам, «санитарному кордону» и Версальскому договору в целом я так и не смог.
Тельман официально заявил: «Советская Германия не заплатит ни пфеннига по репарациям… Мы, коммунисты, не признаем никакого насильственного присоединения народа или части народа к другому национальному государству, мы не признаем никаких границ, проведенных без согласия действительного большинства населения… Мы, коммунисты, против территориального расчленения и разграбления Германии, проведенного на основании насильственно навязанного нам Версальского договора».
Почему бы не предположить небольшое «фэнтези». Так, 6 ноября 1932 г. на выборах в рейхстаг компартия получила не 6 миллионов голосов, как было на самом деле, а 8 миллионов, и законным образом образовала правительство. Нацисты ответили погромами, но были рассеяны полицией и штурмовыми отрядами коммунистов. Нацистская партия распущена, Гитлер отправлен в концлагерь.
И вот рейхсканцлер Тельман объявляет о прекращении выплат по репарациям и непризнании границ Германии на востоке. Каковы действия западных держав? Объявление войны Германии, то есть Второй мировой войны, или ноты протеста?
В 1934 г. Тельман вводит 4 пехотных батальона в Рейнскую область. У Запада вновь дилемма – мировая война или молчаливое признание свершившихся фактов?
В марте 1938 г. германские танки под красными знаменами с серпом и молотом входят в пределы Австрии. Убежденный старый коммунист воскликнет: «Тельман никогда бы не пошел на аншлюс. На подобное способен был только злодей Адольф!» Увы, увы… Постановление об аншлюсе, то есть объединении Австрии с Германией, было принято австрийским парламентом еще в декабре 1918 г.
2 марта 1919 г. между Германией и Австрией был заключен секретный договор (Берлинский протокол) о присоединении Немецкой Австрии к Германии, если мирный договор не запретит аншлюс.
Понятно, что Антанта категорически запретила аншлюс, что и было закреплено в Версальском и Сен-Жерменском договорах. А 4 октября 1922 г. западные державы приняли так называемый Женевский протокол, запрещавший аншлюс даже в форме экономического союза Австрии с Германией. А из партийной программы австрийских социал-демократов требование аншлюса было исключено лишь осенью 1934 г., когда стало очевидно, что аншлюс будет проводить совсем иная партия. Да и Тельман в ряде речей требовал воссоединения Германии и Австрии. Так что в марте 1938 г. по-другому «вождь германского пролетариата» физически не мог поступить.
Как видим, Вторая мировая война началась бы и при рейхсканцлере Эрнсте Тельмане. Вопрос лишь в том, когда Англия и Франция объявили бы войну Советской Германии. В 1934-м, в 1938-м или 3 сентября 1939 г.? Нетрудно догадаться, на чьей стороне оказалась бы Советская Россия и каким стал бы финал этой войны.
Самое любопытное, что если Германия стремилась избавиться от «санитарных кордонов» на землях, принадлежавших немцам много столетий, польские политики мечтали о новой войне, чтобы Польша стала действительно Великой «от можа до можа» с большими участками побережья Балтики и Черного моря.
Поляки имели территориальные претензии ко всем странам по периметру границ Польши – к Литве, СССР, Венгрии, Чехословакии, Германии и Вольному городу Данцигу. Балтийское море в Польше называли «Польским морем».
В сентябре 1930 г. польский министр иностранных дел Г.А. Залесский заявил президенту данцигского сената: «Данцигский вопрос может разрешить лишь польский армейский корпус»[123].
Любопытно, что поляки планировали построить огромный флот. Причем не только для контроля над Балтикой, но и для колониальных захватов в Африке и Южной Америке. Нет, нет, я не шучу!
Уже в начале 1920-х гг. в Польше были созданы влиятельные полуофициальные организации – Балтийский институт, Польский институт западных марок и Лига польского судоходства, получившая в 1930 г. название Колониально-морской лиги.
Причем «ученые» из Колониальной морской лиги стали доказывать права Польши на часть колоний кайзеровской Германии, отнятых у нее согласно Версальскому договору.
Естественно, что руководили лигой военные во главе с генералом Мариушем Зарусским.
В январе 1936 г. в журнале «Може» была размещена статья защитника Польского колониализма К. Езиоранского, суть которой сводилась к следующему: «…только тогда Польша станет великой державой, когда сможет поставлять через порты все необходимые ресурсы для производства, а это возможно только тогда, когда будет возможность контролировать добычу и перевозку сырья в Польшу, что ведет к необходимости получить колонии…»
В октябре же 1936 г. некий пан Януш Дебский открыто заявлял: «Польша должна выйти из европейских границ, что поляки ничем не хуже немцев, итальянцев и японцев, требующих колоний. Но для этого полякам надо ломать подход к современному положению, надо пропитывать колониальной идеологией страну и общество»[124].
Это заявление уж очень напоминает заявку на вступление в Антикоминтерновский пакт.
Самое забавное, что польские историки хоть и не афишируют эти факты, но и не пытаются оспаривать. Ведь поляки – избранная Богом нация – «Христос Европы». Полякам все можно, москалям все нельзя! Полякам в 1934 г. можно заключать Пакт о ненападении с Германией, а русским в 1939 г. – нельзя.
«Начальник государства» Пилсудский, называвший Чехословакию уродливым детищем Версальского договора, – национальный герой Польши, а нарком иностранных дел Молотов, заявивший в 1939 г., что «Польша – уродливое детище Версальского договора», – исчадие ада.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 99
