Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 99
Месяц назад мне хотелось бы просто смотреть. На свободную жизнь, на этих беззаботных итальянцев, на красивых женщин, на витрины магазинов и театральные афиши, на автомобили и автобусы - все, чего не может видеть узник островной тюрьмы. Но я уже видел лагерь партизанского отряда, свежий горный воздух, синие ели - а еще была очень напряженная работа с людьми, как с нашими, так и с местными, итальянскими товарищами, желающими сражаться с фашизмом. Новобранцев было столько, что Кравченко говорил, еще немного, и придется формировать пятый батальон, потому что все четыре положенных по штату будут полностью укомплектованы. И кроме боевой и политической подготовки была культурная программа, которой также ведал замполит - в конце января очередной самолет с Большой земли привез кинопередвижку, и в большом сарае оборудовали зал для просмотра, каждый вечер показывали фильмы, что интересно, уже продублированные на итальянский: "Обыкновенный фашизм", "Брестская крепость" - и новые: "Молодая Гвардия", "А зори здесь тихие", "Белое солнце пустыни". Последним прислали "В списках не значился", про который говорили, что он и в Москве вышел на экраны уже в этом году. Там снималась американская актриса Вивьен Ли17.
А каждый вечер перед сном и каждое утро после обязательной пробежки Брюс (я даже не знаю его подлинное имя), гонял меня персонально и беспощадно по полчаса, по часу, как позволяла обстановка. И говорил при этом:
- Вам, товарищ Этьен, на ринге выступать не понадобится. И часовых бесшумно вам снимать не надо. Но чтобы вы, если дойдет до боя, не мешали нам - этому я вас научу! А на будущее запомните, что рукопашка - это, во-первых, хорошее упражнение, уйти с линии огня, быстро выхватить оружие, а во-вторых, на дистанции вот так, вплотную, она не менее опасна, чем пистолет. Ну и в-третьих, она учит, как использовать в качестве оружия совершенно безобидные предметы. И конечно, в-четвертых, она всегда при вас, и противнику до времени не видна. Отдохнули? Продолжим.
Я старик уже, сорок пять лет - а он лось здоровый. Хотя относится ко мне с искренним уважением, в официальной обстановке обращаясь "товарищ полковник". И снова повторяет, что это "лишь затем, чтобы вам живым назад лишний шанс был". А как сам работает, это надо видеть! Однажды он на физподготовке устроил "восемь человек на меня, желающие". Если меня побьете, дам лишние полчаса отдыха. Бить буду сильно, но аккуратно и не до смерти, так что не бойтесь. А вы меня - как можете.
Вышли, все парни крепкие и рослые, крестьянский труд способствует. И началось.
- О, мадонна! Танец смерти! - кто-то из девчонок вскрикнул. В отряде и женщины были, в основном, конечно, на кухне и санитарками. И у них тоже в привычку вошло на наши занятия смотреть.
Да уж, это на танец было похоже! На него наступают, с ноги на ногу неуклюже переминаясь, пытаются стенку построить, как в трактирной драке - а он между ними стелется стремительно, как пантера. И те, как кегли, валятся или разлетаются в стороны, товарищам мешая. Полминуты не прошло - из восьмерых никого на ногах нет!
Один, правда, после возражать стал - а если бы, а я бы... Так Брюс взял толстую палку, о колено враз не сломаешь, и две хворостины. Прутики отдал держать спорщику и еще одному, на них концами палку положил, как мост. И вдруг, совершенно не готовясь, рубанул ребром ладони - хворост цел, палка пополам. "Вопросы есть - что было бы с твоими боками, а также руками, ногами и черепушкой, если бы я бил по-настоящему?"
Видел я когда-то давно самого Харлампиева. Но это - еще уровнем выше! И движения совсем другие, и стойка, самбо больше на борьбу похоже, а это на французский бокс, руками и ногами, с захватами и бросками лишь на ближней дистанции. И система явно армейская - постановка движений такая, что легко после перейти к работе штыком, прикладом, ножом. Много же дома изменилось в нашей армии - откуда вы взялись такие? Спорить могу на что угодно, что Брюс в СССР не жил, по крайней мере до войны - несколько раз оказывалось, что он элементарных вещей не знает, мелочи, но житейские, без которых никак! И слова вроде русские, но со значением совершенно в сторону! То есть из эмигрантов, причем из богатой страны, где еще холодильный шкаф в квартире мог быть вещью совершенно привычной? И в речи его явные англицизмы мелькают - значит, Америка? Вполне реально - туда еще перед революцией много народу уезжало, за лучшей долей - ну а в пятилетки к нам, бывало, и сами американцы ехали насовсем, как герой романа Бруно Ясенского. И конечно же, разведуправление мимо такого кадра пройти никак не могло!
Однако же подготовка у него все ж не агента-нелегала, а чистого боевика. Хотя навыки агента тоже налицо. Он говорит - вам в помощь, были бы такие, как мы, в тридцать восьмом, вам бы сидеть не пришлось, вытащили бы! Узкая специализация - пройти, убить, взорвать, исчезнуть - таких даже при Троцком не было, когда курс на мировую революцию считался линией партии. Теперь же товарищ Сталин говорит, каждый народ сам решает, каким путем идти, социализма или капитализма, и даже Коминтерн распущен - но в то же время такие, как Брюс, готовятся целыми отрядами, чтобы работать, как сам он сказал, "и в военное, и в мирное время"! Ясно, зачем их на передовой держат - идет слаживание, тренировка, обкатка этого нового инструмента советской политики! На немцах отработка - для посторонних выглядит, как обычные действия фронтовой разведки и партизан. Интересная же жизнь наступит после войны для разведупра, а еще больше для заграницы, не желающей делать правильный выбор!
Ну вот, такси. "Хвоста" не вижу. Что вспоминаю-размышляю, не беспокойтесь, этому я раньше еще научился - информацию анализировать, занимаясь попутно совсем иным делом, жизнь заставила! Первым делом заселиться, не таскаться же по городу с вещами: и неудобно, и внимание привлекает. Раньше и вопроса не было бы - в самый лучший отель, факт проживания там, в глазах полиции, уже говорит о благонадежности! Но нельзя, хотя столько лет прошло, но могут там меня вспомнить и узнать! В то же время совсем уж третьеразрядные тоже не подходят - и полиция туда часто наведывается, и с уединением там не очень, да и могут банально обокрасть. Конечно, ничего особо ценного в чемоданах нет, но сразу подозрение, отчего в полицию не заявили? Значит, выбираем место, где обычно останавливаются паломники среднего достатка. И чтобы было не слишком далеко от церкви Святого Антония, куда нам надо - но и не близко, если отец Серджио подведет. Что будет прискорбно - есть у меня и другие знакомые среди служителей Церкви, но этот вариант самый предпочтительный.
Нет, отец Серджио не коммунист и даже не сочувствующий. Но тогда, в тридцать пятом, он обмолвился, что хорошо знаком с кардиналом Пичелли, еще отцы их были то ли друзьями, то ли однокашниками. И любопытно, отчего сам Серджио, человек весьма умный, хорошо образованный, с талантом политика, коренной римлянин, сидя на довольно скромном месте тридцать лет, как говорили сам, "в год Мессины я уже был тут", не казался ни обиженным, ни в опале. А если и правду шепнули мне однажды, что отец Серджио имеет не последний чин в жандармерии Ватикана (которая там аналог не патрульно-постовой службы, а скорее уголовного сыска и тайной полиции), тогда пост настоятеля небольшого храма на тихой улочке в самом центре Рима - это просто идеальное прикрытие.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 99
