I
18 августа 1572 года королева Елизавета приняла у себя в своей резиденции в Уорвике французского посла Фенелона – у них был долгий разговор. И предмет переговоров был таков, что чувствительнее и не придумаешь – речь шла о возможном заключении брака между королевой и герцогом Эркюлем-Франсуа де Алансоном, младшим братом короля Франции, Карла IX. Тут надо было учесть множество факторов. Например, существовал план французского вторжения в Нидерланды – в поддержку гёзов и Вильгельма Оранского. Идея заключалась в том, что новым государем Нидерландов станет герцог де Алансон – считалось, что он расположен к протестантам и поэтому станет для своих новых подданных приемлемой кандидатурой в правители. А для того, чтобы такого рода союз между Францией и новым режимом в Нидерландах не тревожил Англию, предлагалось поженить герцога де Алансона и Елизавету Английскую, создав таким образом трехсторонний союз против Испании.
План пользовался полной поддержкой сэра Уильяма Сесила. Собственно, теперь его следовало называть уже не сэром Уильямом, а лордом Берли – благодарная королева Елизавета дала ему титул барона Берли, по имени его поместья, и тем самым сделала своего первого министра пэром Англии. Так вот, лорд Берли всей душой стоял за брак своей государыни с герцогом де Алансоном, и не столько даже из внешнеполитических соображений, сколько из-за того, что тем самым мог бы решиться наконец проклятый вопрос о престонаследии. В конце концов, королева была еще не так стара, чтобы не иметь возможности родить детей: ей было 39 лет.
А то, что ее предполагаемому супругу недавно исполнилось 18 и лицо его было попорчено оспой, – это все было не столь важно. Интересно, что и королева не отказывалась рассмотреть вопрос о браке с таким вроде бы неподходящим женихом. Правда, послу Фенелону она сказала, что ей все-таки хотелось бы посмотреть на своего будущего мужа, прежде чем согласиться отдать ему свою руку. И даже снизошла до обьяснений, добавив, что «…хотя браки между государями и заключаются из политических соображений, но не следует все-таки считать таким уж неблагоразумным ее желание поглядеть на самого жениха, а не на посылаемые ей его портреты…».
Лорд Берли был очень разочарован – он хорошо знал свою августейшую повелительницу и считал, что она опять, как и всегда, уклоняется от определенного ответа и норовит только потянуть время. В письме, датированным 22 августа 1572 года и адресованном адмиралу Колиньи, главе французских протестантов, лорд Берли написал следующее:
«…брак королевы [Елизаветы] очень важен и для блага нашего государства, и даже для блага всего христианства и истинной религии, но я опасаюсь, что грехи наши слишком велики для того, чтобы это все-таки случилось…».
Лорд Берли был очень умным и проницательным человеком.
Но, конечно, даже он не мог предположить, что к тому времени, когда его письмо достигнет Парижа, его адресат будет уже мертв. Во Франции произошло событие, которое войдет в историю.
Его будут называть так: «…величайшее злодейство времен царстования короля Карла IX…»
II
И примерно так же – «Хроника царствования Карла IX» (фр. Chronique du règne de Charles IX) – называется небольшая повесть, написанная в 1829 году. Проспером Мериме, хотя название, выбранное автором, звучит подчеркнуто нейтрально.
Не «злодейство», а всего-навсего «хроника»…
Замечательная вещь – право же, ее можно расценить даже выше его знаменитой «Кармен», – но это, конечно, вопрос вкуса. А говорим мы об этой «Хронике» потому, что действие ее автор поместил во Франции XVI века, причем события, им описываемые, пришлись на 1572 год.
Фабула повести такая – молодой французский дворянин-протестант, Бернар де Мержи, едет в Париж на свадьбу Генриха де Бурбона, короля Наваррского, с Маргаритой, сестрой короля Франции Карла IX. Наварру, ясное дело, с Францией не сравнить, королевский титул Генриха де Бурбона относится всего лишь к маленькой области в горах, на границе с Испанией, а должный для брака с королевской сестрой статус ему придают два обстоятельства: во-первых, он один из так называемых «принцев крови»{6}, во-вторых, он, несмотря на молодость, один из вождей партии протестантов.
А во Франции в это время идет бесконечная, затяжная гражданская война между католиками и протестантами, причем война эта была еще и трехсторонней: в ней участвовали не одна, а две католические партии, одну из которых, партию ультракатоликов, возглавляли Гизы. Королевский двор держался позиции умеренных католиков, но, к сожалению, из всех трех партий он был слабейшей стороной, и королевской власти приходилось опасаться не только мятежных простетантов, но и своих слишком сильных «сторонников» – семейство Гизов.
И вот герой повести Мериме попадает в Париж, ко двору, проходит через целую цепочку приключений, достойных пера Дюма-отца, – со звоном шпаг и с пылкими объятьями, которые дарят герою таинственные красавицы, – и вдруг оказывается в центре чудовищной резни, которая навеки вошла в историю под названием Варфоломеевской ночи.
