Глава 1
Жанна-Антуанетта счастливо вскрикнула, сделала быстрый шаг вперед и, растопырив справа и слева платье, присела в церемонном поклоне.
– Милорд…
Мужчина в красивом порыве остановился и, сорвав с головы шляпу, грациозно помахал ею над выставленным носком остроносой туфли с золотой пряжкой.
– Миледи…
Роскошные перья трижды прошлись над туфлей, затем маркиз выпрямился и посмотрел на Жанну-Антуанетту счастливыми глазами.
– Я безмерно счастлив…
Жанна-Антуанетта вскрикнула:
– Милорд! Я сделаю все, чтобы вас освободить из рук отвратительных похитителей, что держат вас в жутком заточении!
Жак нервно дернулся, но смолчал. Милфорд, как и я, смотрит с интересом, но не чрезмерным, не забывая поглядывать и по сторонам. Когда рядом такое мое величество, то все остальные чудеса не совсем как бы и чудеса.
– Миледи, – ответил маркиз прочувственно, – не волнуйтесь за меня. Берегите себя и ежедневно по утрам протирайте лицо настойкой, рекомендованной доктором Грабиусом Хайнером…
Маркиза взяли под локти и оттащили обратно в полутьму. Экран опять потемнел, из тумана проступило лицо старшего координатора.
– Как видите, – сказал он, – с маркизом все в порядке.
– Хорошо, – ответил я. – Можете прислать в мою канцелярию… а можно и прямо ко мне в кабинет подробное изложение ваших наглых требований. С обоснованием зачем и почему. Я изволю ознакомиться. Но больше потому, что я из любознательных императоров, а не потому что… ну вы поняли.
Он покосился в сторону, куда увели маркиза, ответил угрюмо:
– Понял, ваше величество. Подробное изложение наших скромных пожеланий скоро доставят в ваш кабинет.
– Жак? – спросил я.
Он ответил уклончиво:
– Если позволите, то да, Жак.
Я повернулся к Жанне-Антуанетте:
– Маркиза, скоро освободим вашего мужа из отвратительных лап похитивших его мерзких и поправших все человеческие святыни злодеев!.. Все будут наказаны, а герои получат награды и титулы. А теперь начинаем трудный подъем взад. Милфорд?
Милфорд вздохнул, но ответил с необходимой перед императором лихостью:
– Обратно дорога уже знакома!
– Ну тогда вперед, – велел я. – Правда, без песни. Маркиза петь отказалась.
Жанна-Антуанетта стегнула по мне негодующим взглядом, дескать, сам попробуй петь, когда поднимаешься по крутой тропе, цепляясь за камни стен и страшась оступиться, но я петь не стал, просто обогнал их, стараясь догнать Бобика.
Похоже, мелькнула мысль, судя по настолько церемонной встрече Жанны-Антуанетты и ее маркиза, они не муж и жена, а супруг и супруга. Возможно, как и принято, спят в разных спальнях.
Что ж, тем больше заслуживают уважение ее усилия по его спасению.
Знакомая дорога всегда кажется короче, но не в случае, когда поднимаешься наверх, цепляясь за камни и стены.
Первый наверх взбежал Бобик, сделал круг, поймал что-то, но слишком мелкое, постыдился нести нам, выпустил и снова носился кругами, а когда я быстрее всех выбрался к радостно ржанувшему арбогастру, гавкнул и вообще унесся по все более расширяющейся спирали.
Спустя минут десять наверх выбрался Милфорд с Жанной-Антуанеттой, опустил ее на ноги у выхода. Она одной рукой ухватилась за его плечо, другой уперлась в каменную стену.
Милфорд придержал ее на всякий случай, и она сказала едва слышно:
– Ваше величество… Немного закружилось… Но уже все в порядке. Просто солнце в глаза…
– Отлично, – сказал я. – Отдыхайте, а затем Милфорд отвезет вас во дворец герцога. Я прибуду попозже.
Вышли оставшиеся разведчики, двое вывели Жака с уже связанными руками. Один набросил ему на голову черный мешок, гордясь знанием новых технологий.
Примчался Бобик, сразу же потребовал, чтобы я его погладил, это ж сколько мы не виделись, представить страшно!
– Бесстыжий, – сказал я. – Ты хоть знаешь, что у тебя самая беззаботная жизнь?.. Не то что у меня или маркизы… Жанна-Антуанетта, крепитесь, вы показали себя героиней… Теперь в теплую мягкую постель принцессы Розалиндии… так зовут старшую дочь герцога Гондиния? Хотя не понимаю, почему у герцога дочь принцесса… Или это иносказательно?
