Кто про что беседует, Кто кого пугает — Про то Попка ведает, Про то Попка знает.
Пуришкевич вскоре после своей речи, сразу сделавшей его популярным, встретился с кн. Феликсом Юсуповым, и тот предложил ему принять участие в убийстве Распутина. Пуришкевич немедленно согласился.
Глава XVIII
Юсупов. Связь членов Императорской Фамилии с Родзянко. Дмитрий Павлович. Убийство Распутина. Поведение Императорской Фамилии после убийства Распутина. Бьюкенен
Юсупов выпустил свои воспоминания «Конец Распутина» в 1927 году. Но прежде, чем приступить к описанию этого гнуснейшего преступления, я хотел бы несколько слов сказать о самом князе Феликсе Юсупове.
Его полное имя и титулы были – князь Юсупов, граф Сумароков-Эльстон. Женат кн. Юсупов был на племяннице Государя – княжне Ирине Александровне, дочери Вел. кн. Ксении Александровны и Вел. Кн. Александра Михайловича. Кончивший курс в одном из известных английских университетов, к описываемому моменту князь Юсупов проходил ускоренный курс Пажеского Корпуса, но жил у себя дома и к нему приходил, как он сам пишет, «полковник Фогель, чтобы объяснять военные науки» для сдачи экзаменов в Корпусе.
Юсупов играл хорошо на гитаре, пел с «настроением» цыганские романсы, прекрасно играл в теннис и был тем, что теперь называется «play-boy». Чрезвычайно богатый, знатный (все по женской линии), родственник Государя (вернее, свойственник), очень привлекательной внешности, он и княжна Ирина Александровна считались самой красивой парой в высшем свете Петербурга.
Юсупов эффектно начинает свои воспоминания: «Когда Распутин черной тенью стоял около Престола, негодовала вся Россия. Лучшие представители высшего духовенства поднимали свой голос на защиту Церкви и Родины от посягательств этого преступного проходимца. Об удалении Распутина умоляли Государя и Императрицу лица, наиболее близкие к Царской Семье.
Теперь у многих взгляд на вещи настолько изменился, что убийство Распутина называют “первым выстрелом революции”, толчком и сигналом к перевороту… Но можно показать, назвав лишь несколько лиц, открыто выступивших в этой борьбе, например, Председателя Государственной Думы М.В. Родзянко.
Повернется ли язык назвать этого человека изменником и врагом Родины?»
Не только повернется, но без указания на это, многое, что произошло в феврале 1917 года, было бы совершенно непонятным. Кстати, на измену Родзянко указывали уже многие, писавшие о Февральской революции, в частности И. Якобий («Император Николай II и революция») и И. Солоневич («Великая фальшивка февраля»). Можно, конечно, как я уже писал раньше, говорить о «роковом обстоятельстве», о «несчастном совпадении», «фатальном случае», «исторической необходимости» и т. д., но факт остается фактом – к февральскому бунту, который только позже перешел в революцию, привела измена. Не только, конечно, Родзянко. Он был, как пишет И. Солоневич, «самый массивный, самый громогласный и, по-видимому, самый глупый из участников заговора».
Задавая патетически вопрос – повернется ли язык назвать Родзянко изменником, Юсупов тут же говорит о Государственной Думе: «Русская интеллигенция того времени, руководившая общественным мнением страны при помощи прессы и Государственной Думы, не склонна была считаться с практическими фактами; для нее ее отвлеченная политическая идеология была выше всего. Она считала своим долгом, прежде всего, бороться с началами Самодержавия и усиленно подчеркивать в глазах народа все его отрицательные стороны».
В этой выдержке интересна обмолвка Юсупова о «помощи Государственный Думы» в руководстве интеллигенцией общественного мнения. Только терминологию нужно немного изменить. Государственная Дума не помогала, а руководила общественным мнением. В Думе происходило открытое глумление над правительством. А для значительной части интеллигенции слова – нация, государство, вера, история – были пустые звуки, а Монархия – ненавистна до скрежета зубов. Родзянко же был председателем этой Думы. Камергер, он пошел за явными предателями Гучковым и Милюковым и старался во всю раскачивать вековые устои русской государственности, не понимая, что после этой раскачки может произойти только катастрофический обвал, который и нужен был заговору.
А Государыня, Распутин, Питирим, Протопопов и все, которые склонялись и спрягались повсюду, легко были бы заменены другими лицами.
Все упиралось в Государя Императора и те начала Самодержавной Монархии, которые Он защищал со дня вступления на прародительский Престол. В первой половине Его Царствования не было ни влияния Государыни, ни Распутина, ни Штюрмера, ни Вырубовой, а атака на Самодержавие шла полным ходом, с убийствами министров, забастовками, демонстрациями и покушениями. А главное – это клевета и ложь.
