1982 год
Эва сидела на кровати Кори и переворачивала последнюю страницу книги, которую они вместе читали. Кори уже узнавала много слов. Например, щенок. Слон. Бег. Мальчик или девочка. И как ни странно, аспарагус.
Натянув одеяло до подбородка Кори, Эва наклонилась и поцеловала ее в лоб. Обычно ее мать читала ей на ночь, потом она садилась и разговаривала с ней обо всем, что происходило вокруг. Ей нравилось нежиться с матерью и нравилось, что она вернула это время, читая на ночь Кори.
Эва убрала прядь рыжих волос со щеки Кори, заложив ее за ухо.
– Мэриэн сказала, что сегодня в парке ты видела таксу.
Кори кивнула.
– И я не испугалась, потому что она была маленькая, – сказала девочка.
На самом деле она испугалась, Мэриэн рассказала об этом Эве, но она не стала перечить. Пусть Кори в своих фантазиях будет храброй.
– Мамочка, – вдруг сказала Кори, – Мэриэн – мой папа?
Эва давно ждала, когда Кори спросит об отце, но никогда не ожидала, что вопрос будет задан в такой форме.
– Нет, милая, – сказала она. – Папа должен быть мужчиной. – Она с беспокойством подумала, не спросит ли Кори о Лоррин, Бобби и Шэн. Ясно, что в этой троице не было мужчины, и она не знала, как объяснить такие семейные отношения. – Мэриэн – просто очень близкий друг, – сказала она. – Она нам не родственница.
– Тогда Джек мой папа?
– Нет. Джек – тоже очень близкий друг.
Эва ждала, и в какой-то момент ей показалось, что вопросы закончились.
– Почему ты спрашиваешь о папе, милая?
Кори сжала губы, а потом закусила их.
– Папа Келси каждое утро водит ее в парк, – сказала она, имея в виду мужчину, приходящего в парк вместе с другими мамами и детьми. – И у Хэнка есть папа. И у Кальвина. Я думаю, что у всех детей в парке, кроме меня, есть папа. Я сказала, что он у меня тоже есть. Я сказала, что мой папа – Мэриэн, а Хэнк стал смеяться надо мной.
У Эвы защемило сердце. Ей захотелось вспомнить о том, как она сама задавала подобные вопросы матери. Как та объясняла ей отсутствие отца? Она не смогла припомнить, но ей вспомнилось то ощущение боли, которое испытывает растущий без отца ребенок, когда ему кажется, что в жизни всех остальных детей принимают участие двое родителей, даже если они не живут вместе.
Это стало первой ложью, которую она сказала дочери.
– У тебя был папа, Кори, – сказала Эва. – Но он умер.
– Как Дино? – спросила Кори, намекая на собаку, которая обычно играла с другими детьми.
– Да, как Дино.
– Мой папа в раю?
– Да.
– Он правда болел, как Дино?
– Нет, он погиб в автомобильной аварии.
– Ой.
– Я тоже выросла без папы, – сказала Эва. Она не была уверена в том, что не наговорила лишнего, но ей показалось, что это важно.
– Твой папа тоже умер? – спросила Кори.
Эва могла бы не мучить себя и сказать «да», но ей не хотелось снова лгать.
– Просто он не был очень хорошим папой. Я даже ни разу не видела его.
– А я когда-нибудь встречусь со своим папой?
Кори не поняла. Она все еще путалась в таких понятиях, как смерть.
– Нет, милая. Прости. Он не может вернуться. Так же, как не может вернуться Дино.
Эва увидела, как глаза ее дочери увлажнились, и сама почувствовала, что глаза щиплет от слез.
– Иди сюда, Кори. – Откинув одеяло, она обняла дочь. Укачивая ее, она чувствовала, что Кори сопит, прижавшись к ее груди и горюя об отце, которого никогда не знала.
– Сегодня вечером у меня был трудный разговор с Кори, – сказала она Джеку, когда тот позвонил. – Дочь вдруг поняла, что у нее нет папы. Думаю, другие дети в парке говорят о своих отцах. Она спросила меня, не Мэриэн ли ее папа.
