Вот откуда я знал слова арии? А Бог его знает. Возможно, что-то навеяло из прошлой жизни. Но я готов был петь не хуже тех, кто на сцене!
И плясать вприсядку был готов, если что.
Я только что одержал свою величайшую победу. Эпохальную.
С большим трудом мне удается усидеть на месте.
Величественное лицо. Томительные минуты.
Наконец, объявили антракт, и ко мне тут же просочились оба моих адъютанта. Абаканович протянул мне конверт телеграммы. Открыв ее так, чтобы никто не смог разглядеть текст, читаю:
«ГОСУДАРЬ! ПТИЦЫ ДОСТАВЛЕНЫ В УСЛОВЛЕННОЕ МЕСТО. ПЛАН Б ИСПОЛНЕН. ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА ПОЛКОВНИК СЛАЩЕВ».
Наклоняюсь к уху адъютанта:
– Передайте генералу свиты Слащеву, что я жду его с птицами в Марфино. Пусть поторопится.
Полковник кивнул и испарился за дверью. Принцесса, дождавшись, когда я освобожусь от дел, подошла ко мне.
Весело подмигиваю ей:
– Ну что, не передумали? Может, все-таки будете Иолантой? Как вас встречали!
Иоланда-Мария грустно улыбнулась:
– Да, встречали прекрасно. Я тронута. Но нет. Здесь, в высшем обществе, это, может, было бы и хорошо, но там, за стенами театра, это не лучший выбор. Однако я вижу, что вам принесли хорошие новости?
– О да, моя прекрасная Ио-Мария! Еще не знаю подробностей, но если все так, как я думаю, то… То потеря Двинска и даже Риги уже не будет иметь никакого значения. Мы сегодня выиграли Великую войну.
ИЗ СООБЩЕНИЯ РОССИЙСКОГО ТЕЛЕГРАФНОГО АГЕНТСТВА (РОСТА) от 21 июля 1917 года
В Софии объявлено о формировании нового правительства. Новый премьер-министр Болгарии генерал-лейтенант Иван Фичев официально обратился к России и Италии с просьбой о перемирии на фронтах сроком на 72 часа.
Информации об официальной реакции Москвы и Рима пока не поступало.
Мы будем следить за развитием ситуации.
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 22 июля (4 августа) 1917 года
– Добро пожаловать в Россию, господа!
Царь вскипел:
– Добро пожаловать?!! Это сейчас так называется? Этот ваш головорез полковник Слащев просто выкрал нас из дворца!
– Чем спас жизнь вам и наследнику престола. Так что вы должны быть благодарны виртуозному мастерству генерала Слащева.
– Ах, так этот негодяй уже стал генералом!
Фердинанд I пыхтел, что тот паровоз. Казалось, еще чуть-чуть, и он даст протяжный гудок на всю округу, да так, что будет слышно на соседней станции. Наследник Борис был спокойнее и вполне держал свои эмоции под контролем.
Не спорю, ситуация для них была, как бы это сказать, не совсем однозначная – Слащев со товарищи буквально выдернули их из постелей и, провернув головокружительную операцию, достойную Голливуда, загрузили в дирижабль и дали ходу оттуда. Возможно, я когда-нибудь дам дозволение снять фильм на эту тему. Одна только цепь интриг и коварства подпоручика Натальи Иволгиной чего стоит! Во многом благодаря именно ее работе Слащеву и удалось так лихо все проделать во дворце и вокруг него.
Разумеется, это лишь киношная версия событий. На самом деле все было не совсем так, но кого интересуют скучные подробности? Кого интересует, сколько недель шли осторожные консультации между нами и группой их высших военных, понимающих, что война Болгарией так или иначе проиграна и нужно вовремя сменить сторону, избежав таким образом разгрома, капитуляции и унизительного раздела с прочими репарациями, в неизбежности которых у господ генералов (и не только) не было ни малейших сомнений.
Мы были не против того, чтобы Болгария вдруг оказалась на нашей стороне, но методы, предложенные «болгарскими товарищами», нас не устраивали. Нет, я не возражал бы против того, чтобы на трон в Софии взошел кто-то из Романовых, но не такой же ценой. Ведь в ходе переворота и последующих событий гибель действующего царя и наследника, с огромной долей вероятности, была неизбежна. Их бы или ликвидировали прямо во время переворота (было такое острое желание у заговорщиков, а проконтролировать их обещание этого не делать из Москвы было невозможно, и нам бы пришлось смириться), или же их пришлось бы подрасстрелять в ходе неизбежно вспыхнувшей гражданской войны. Меня не устраивало ни воцарение Романовых ценой рек крови, включая кровь августейших особ, ни вообще погружение Болгарии в хаос и междоусобицу. Мне нужна была союзная и сильная Болгария, а не пылающий пожар в центре Балкан. В том числе и в контексте послевоенного мирного устройства, о котором следовало думать уже сейчас.
