Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 156
Конечно, хорошо, что основан фонд «Русский мир». Кстати, впервые идею создания «Русского мира» высказал Путин несколько лет назад на встрече с творческой интеллигенцией в Питере в рамках празднования столетия академика Лихачева. И единственным изданием, которое рассказало об этом, оказалась «ЛГ», которая вышла с шапкой «Мы наш, мы русский мир построим!». Ни один телеканал, ни одна газета об этом не сообщили. Наверное, испугались слова «русский». И когда спустя пару месяцев состоялось плановое заседание Совета по культуре при президенте, я спросил у Владимира Владимировича: «Как же так? Вы высказали такую замечательную идею, и никто об этом ни слова! Разве у нас есть цензура?» На это он, засмеявшись, ответил: «Ну, почему никто? Вы же написали. А скоро об этом напишут все!» Так и произошло. Появился фонд «Русский мир» во главе с Вячеславом Никоновым.
Валерий ГАНИЧЕВ: Они по-своему понимают это дело. 2007-й был Годом русского языка. Имелась возможность проведения каких-то интересных конференций, встреч по стране. Но мероприятия в основном проходили за границей — денежные, я имею в виду, — в Болгарии, Польше, Германии, Франции. Когда мы попросили средства на встречу писателей в Белгороде, нам отказали. Денег уже не было.
Юрий ПОЛЯКОВ: А еще вдруг вся Москва однажды покрылась огромными яркими щитами, рекламировавшими фонд «Русский мир». Мол, здравствуйте — мы открылись! Так обычно новый ресторан рекламируют. Типа «Мир Бифштексов». Вы представляете, сколько это стоило? На эти средства можно было в пяти Белгородах конференции провести!
Валерий ГАНИЧЕВ: Причем мы пригласили украинцев, белорусов. Белгородчина — это же такой срез русско-украинский, довольно интересный. Хорошо, что помог губернатор Савченко. Мы подавали заявки на восемь грантов, связанных с языком, с «Русским миром», мы и сами в немалой степени участвовали в создании представления о «Русском мире». Ни один из этих грантов не утвердили, хотя запрос был серьезный — это были школьные программы, в том числе создание русско-украинского журнала для детей и подростков. Нашлись люди на той же Украине, в Николаеве, которые сказали: «Мы готовы этим заняться, но нам бы небольшую финансовую подмогу». А что мы можем дать?
Юрий ПОЛЯКОВ: И у нас была схожая ситуация: «ЛГ» хотела вместе с такой знаковой для эмиграции газетой, как «Русская мысль», выпускать совместное приложение «Всемирная русская литература». Сейчас русские писатели живут по всему миру, среди них есть и очень талантливые. Возникли союзы и объединения русских писателей за рубежом: в Чехии, в Германии, в США, в Израиле, в других странах. И там идет достаточно интенсивная литературная жизнь, издаются альманахи, газеты, выходят книжки. Но собрать эту мозаику в единую картину, сопрячь с литературным процессом, идущим в России, способны только культурологические издания, имеющие массового читателя и, как говорится, обладающие мировым брендом. Именно таковы «Литературка» с «Русской мыслью». «ЛГ», кстати, печатается во Франкфурте, имеет дайджесты в США, Израиле, Англии, на Украине… Когда на одной полосе «Всемирной русской литературы» встретятся русский поэт из Греции, русский прозаик из США и русский публицист из Израиля, а сама эта полоса придет к читателю вкупе с «ЛГ» и «Русской мыслью», тогда-то и станет внятен общий процесс. Но и это не все! Как известно, газета не только коллективный агитатор, но и организатор! А ведь именно о консолидации русских культурных сил, разбросанных по миру, ведет ныне речь руководство страны. И что? Вы будете, конечно, смеяться, но «Русский мир» отверг наше предложение…
Валерий ГАНИЧЕВ: А ведь это замечательная идея. Вот мы создали Ассоциацию русских объединений писателей за границей. Давайте еще раз обратимся — они должны на это выделить средства. Сколько говорят об объединении соотечественников! А через что должно это объединение происходить, как не через язык, через наши издания?
Борис ТАРАСОВ: У нас, кстати, образовалась Международная ассоциация выпускников Литинститута, которая преследует те же цели — объединить русских писателей по всему миру. Уже есть разнообразные программы по налаживанию взаимодействия с писательскими объединениями, творческими союзами и организациями в странах ближнего и дальнего зарубежья, проведению с ними совместных конференций и семинаров, серийному изданию произведений выдающихся выпускников. Но нужна государственная поддержка, нужны средства. Мы благодарны московскому правительству, которое оказало нам финансовую поддержку в Год Болгарии в России для издания книги произведений болгарских выпускников Литинститута. Но, конечно, в данных вопросах принципиально важна системная помощь.
Юрий ПОЛЯКОВ: Кстати, нечто похожее случилось и с программой патриотического воспитания, на которую правительство некоторое время назад выделило гигантские средства. Где деньги? Покажите мне достойную серию патриотической литературы, дошедшую до каждой библиотеки? Покажите мне новые фильмы, снятые в рамках патриотической программы, не очерняющие, а хотя бы проясняющие отечественную историю? У нас, кстати, есть одна проблема. В каждой крупной стране существует подробная художественная (с лучшими актерами!) киноверсия ее славной истории. Например, в США каждый чих, каждый вздох их недолгой истории запечатлен в игровых фильмах, имеющих очевидную патриотическую направленность. Лень читать — смотри! У нас ничего подобного нет. Советская власть на излете пыталась создать что-то вроде с классовым уклоном, но не успела. А потом началось кино про то, какая жуткая история у России. Есть, конечно, исключения. Но ведь — это исключения!
Валерий ГАНИЧЕВ: Я был на заседании комиссии по шефству деятелей культуры над армией и там говорил: «Есть же книги о Суворове, о Кутузове, об Ушакове, которому я отдал тридцать лет жизни, но вы их не приобретаете. Вы приобретаете танки, пушки, автоматы, хотя этого явно недостаточно: известно, что книга — это духовное оружие».
Юрий ПОЛЯКОВ: А вот по поводу библиотек — история особая. Сегодня, кстати, средства на пополнение библиотечных фондов выделены — и немалые! Но тут же в библиотеки потянулись менеджеры издательств с предложениями, от которых обнищавшим библиотекарям трудно отказаться. И в результате вместо классики, детских книг, качественной современной литературы, научных изданий зачастую на полках выстраиваются бесчисленные покетбуки каких-нибудь «Акудашкиных», оформленные, точно пачки презервативов. То есть издания одноразового пользования, которым в библиотеках по определению не место. А надо покупать на выделенные средства книги, скажем, из серии ЖЗЛ, которые должны выходить тиражом не пять тысяч, а 50 и 100 тысяч! Библиотечная полка и книжный лоток у метро не одно и то же! И рыночные отношения здесь ни при чем. Спросите, как влияет рынок на формирование фондов Библиотеки Конгресса США? Вас засмеют…
Борис ТАРАСОВ: Более того, именно подлинная духовно-книжная культура дает человеку возможность познавать самого себя, различать в себе высшее и низшее, не превратиться в раба рынка и собственных сугубо материальных потребностей. А ведь от такого действенного понимания зависит, по сути, наше будущее.
Валерий ГАНИЧЕВ: Важнейший вопрос тут поставлен. И этот принцип, что в духовной сфере не может быть рынка, должен дойти до сознания власти, общества, если мы собираемся воспитывать людей, распространять знания, рассказывать о своей истории. Я помню, как меня поразило высказывание бывшего президента Франции Жака Ширака: «Культура — это не товар!» Так почему же у нас считают, что культура, литература — товар, да еще и второсортный?
Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 156
