«Легких путей нет, зато есть только твой, по которому можно идти, изображая легкую походку».
(из тюремных дневников автора)Милена посмеивалась, конечно по доброму, когда явно заслуживающий лучшей доли, Лёля, садился за руль, внешне ушатанной, шестой модели «Жигулей» – ей хотелось, что бы человек, приобретший для нее столько смысла, как никто другой в ее жизни, пользовался всем самым лучшим. Она предлагала свой спортивный «Ланцер» – все таки Митсубичи, мало того совсем новый. Но он, слегка улыбаясь, называл его красивой оберткой для привлекательной дамы, и отшучивался, мол такой брильянт, как он сам, необходимо прятать. Правда ходовые качества и надежность машины, хоть и российского производства, еще ни разу не подвели и считались им достаточными.
Молодые люди так и не жили вместе, хотя кое что в их отношениях изменилось, а именно статусность, правда подтвердившаяся пока лишь один раз, и то «Лелька» назвал ее дважды Иечкой, от чего сам напрягся, и ходил виноватым мрачнее тучи. Может быть странным покажется появления отношений между ними, но на деле это единственный, для них обоих, вариант, причем способный преодолеть ту боль, по разному специфическую для каждого, в отношениях с противоположным полом.
Он и она – если кто-нибудь захотел бы присмотреться к этим людям, в принципе еще совсем и не пожившим, но уже многое испытавшим, пришел бы к выводу, что ни девушка – бывшая проститутка и ни молодой человек, профессиональный военный, вставший на путь никогда им не предполагаемый, не могли выбрать эти жизненные дороги сами, хотя бы из-за своей не предрасположенности к подобным занятиям.
Их характеры были диаметрально противоположны решаемым, на этих стезях, задачам, пусть и с успехом. Именно по этому, за такой короткий промежуток времени, они уже воспринимали друг друга родственниками, хотя во времени ли дело – скорее в его насыщенности совместными переживаниями и вместе пройденными испытаниями.
В очередной раз встретившись просто поболтать, они подошли к той грани, где друзья становятся любовниками. Что лишний раз подтвердило обоим: между мужчиной и женщиной понятия дружбы либо не возможны, либо редки по причинам каких либо несовместимостей – это просто отношения либо до, либо после постели…, но иногда…
Он совсем не обращал внимание на ее повязку, скрывающую отсутствие того, что там должно было быть, и даже проводя по шелковистым волосам, говаривал, что именно этот предмет создает некую загадку, мало того, возможно так даже сексуальнее, но это не значит, что нужно возвращаться к прежнему.
Постепенно уверенность Милены в свои женские чары возвращалась, но явно не они действовали на единственного сегодня в ее жизни мужчину, правда так ни разу, по сей день, к ней и не прикоснувшегося.
Положение девушки по-прежнему оставалось подвешенным, но спокойный и весомый тон его слов убедил, что нужно время и кое-какие усилия, чтобы о ней забыли. Лично он видит ряд возможностей и кое что сам предпринимает. Она знала – этот человек никогда слов на ветер не бросает. На сегодняшний день бывшая «ночная бабочка», ставшая дневным мотыльком, ведя свое нехитрое домашнее хозяйство, в глубине души мечтала о чем-то большем. Свои дети не казались теперь фантастикой или утопией. После произошедшего не было больше причин сомневаться в том, что между ей прошлой и теперешней воздвигся непреодолимый рубеж.
Еще пол года назад она никогда не поверила бы в сегодняшнюю спокойную жизнь, без тусовок, надуманного азарта наживы, без неприязни к этим ненасытным и по своему не нормальным клиентам, отдававшим ей сумасшедшие деньги за аренду ее тела и за умение доставить удовольствие, причем зачастую путями, над которыми тот же «Сотый», не то чтобы рассмеялся, узнав подробности, но отнесся бы к ним с отвращением.
Со временем Милене начало казаться, что нормальные мужики водятся только среди военных и бандюков, может потому, что с первыми она никогда не спала, а вторые веселились и жили, как будто в последний раз. Правда были и исключения, но… Последние полтора – два года ее жизнь стала даже какой-то предсказуемой – десяток постоянных клиентов, привычки и желания которых она знала на зубок, от нежелательных она избавилась и лишь просьба подруги по «цеху», привела ее к случайности, обернувшейся трагедией. А причиной было всего-то ее не желание «разнюхаться»[37] вместе с этими «лианозовскими». После чего, ее мало того, что «пустили по кругу»,[38] забрали все, что было, но и избили, сделав инвалидом. И если бы не присутствие Алексея и вмешательство «Грини», который, впрочем, жаждал ее до сих пор найти и уничтожить, как не желательного свидетеля, то все могло закончиться ямой в каком-нибудь лесу.
