«В этот момент меня охватила глубокая печаль. Я более остро, чем когда бы то ни было, ощутил отчаяние от своей человеческой непрочности и недолговечности. Дон Хуан всегда утверждал, что единственным средством, сдерживающим отчаяние, является осознание смерти… осознание нашей смерти является единственной вещью, которая может дать нам силу вынести тяжесть и боль нашей жизни…»
Карлос Кастанеда «Учение Дона Хуана» Коробка оказалась не столько тяжелой, сколько немного неудобной в носке. Поэтому я испытал определенное облегчение, когда, распахнув дверцу машины, поставил ее на заднее сиденье. Открыл картонную крышку, посмотрел внутрь. Там лежали упаковки с каким-то медицинским препаратом.
– Что это? – спросил я свою спутницу, усаживаясь на водительское кресло и запуская тарахтящий дизель.
– Криопротектор, – ответила Валерия Прайд, сев рядом и захлопнув дверцу. – Как ехать, знаете?
– По Ленинградке, а там покажете…
Она была сумасшедшей. Она была одержимой. Она была директором конторы по отправке людей в будущее. А точнее, руководителем российского и, кстати, единственного в Европе центра по замораживанию людей.
Идея простая и давно известная: если вы больны раком и умираете, вас можно заморозить и разморозить тогда, когда наука научится лечить рак. Дальше начинаются сложности – научного, организационного и юридического характера. Заморозить – дело нехитрое. А вот размораживать крупных млекопитающих после глубокой заморозки так, чтобы они потом ожили, пока не получается. Тут вся надежда – на науку будущего. Кроме того, просто так заморозить живого человека, пусть даже умирающего, нельзя: закон об эвтаназии у нас, к сожалению, еще не принят, и потому это будет считаться убийством. А вот когда он сам помер в муках – это хорошо и правильно. Поэтому терпеливо дожидаются смерти и уж потом замораживают. В надежде на то, что наука будущего сможет не только корректно разморозить, но и оживить труп, а также омолодить, и, конечно же, подлечить отмороженного, ибо какой прок жить целую вечность со старческим геморроем в старческой заднице?
Мы ехали в Алабушево, в криоцентр, где хранятся первые замороженные россияне, купившие себе путевку в будущее. Мне хотелось самому посмотреть на это Чистилище, где в ледяном безмолвии ожидают жизни вечной мои современники.
Моя спутница Валерия Прайд – человек мечты. Она не только директор криоцентра, но и лютый трансгуманист. Вот как раз из штаб-квартиры московских трансгуманистов мы и ехали в Алабушево. Кто такие трансгуманисты? Мечтатели и философы! Я сам по большому счету трансгуманист, а моя книга «Апгрейд обезьяны» (в новом издании «Венец творения») является просто настольной книгой всякого уважающего себя трансгуманиста.
Трансгуманизм – материалистическое течение в философии, которое полагает, что нынешний homo sapiens – не вершина эволюции, а всего лишь очередное ее звено. Промежуточный этап. Каким окажется модернизированный разум будущего – генетически измененным бессмертным биороботом или его сознание будет записано на кристаллы электронных машин и перемещаться в пространстве у такого разумного существа просто не станет нужды? Над этими вопросами и рефлексируют трансгуманисты.
На мой взгляд, трансгуманизм – модернизированная религия, только отказавшаяся от бога и основанная не на мифологии, а на науке. То есть и не религия вовсе. А сказка. Которую мы должны сделать былью – для того и рождены. Адепты трансгуманизма так же грезят о бессмертии, как и обычные верующие, только обеспечить оное должен не мифический небесный колдун, а знания, накопленные человечеством. Каковое человечество выступает здесь в роли коллективного бога.
Когда-то в Средние века ученые-теологи в монастырях вели бесконечные схоластические споры о том, сколько чертей может поместиться на острие иголки. Подобные споры ведут между собой в своих интернет-«монастырях» – на форумах и в чатах – трансгуманисты. Главный вопрос, который всегда вызывает самые пламенные, самые жгучие дискуссии – что есть «Я». Точнее, можно ли скопировать личность на другой носитель. А еще точнее, будет ли у новой копии то же самое самосознание, что и у оригинала. Поясню…
