Книга Лед и пламень - Ольга Романовская

С трепетом я протянула руку стражнику на въезде в королевский дворец. Сердце грызла тревога. Не только за себя – за Геральта, Филиппа. Я дала серьезное обещание и теперь не знала, как его сдержать.

– Ваше сиятельство, миледи. – Стражник почтительно склонил голову и отступил от экипажа.

Значит, все в порядке. Ну да, вот и ворота отворили. Нас ждут.

Геральт сидел напротив и хмурился. За все утро мы толком не поговорили, только перебросились парой слов. Вопреки опасениям, любимый не отругал, ограничился коротким: «В следующий раз предупреждай». И тут я впервые взбунтовалась, вспомнила, что отныне леди и любовник мне не указ. Все, разумеется, в мягкой форме, высказала Геральту. Тот изумленно поднял брови и хмыкнул:

– Видно школу Марона!

– Разве он солгал?

Я впилась взглядом в лицо Геральта. Показалось или ему не понравилось маленькое восстание?

– Нет, – медленно, будто обдумывая слова, ответил любимый и промокнул губы салфеткой, – просто я за тебя беспокоился.

Вроде бы все в порядке, но меня что-то смущало. Упорно казалось, Геральт говорил не совсем то, что думал. Может, виновата женская интуиция, может, игра воображения или новые способности, но ощущение не проходило. Я вглядывалась в лицо любимого, следила за мимикой – ничего.

Сразу за воротами нас встретил человек в сером и подсел на козлы, показывая кучеру дорогу.

Я испуганно глянула на Геральта. Тот тоже напрягся и постукивал пальцами по бедру. Значит, плохо. Да и как иначе, если нас конвоировали в неизвестном направлении? Может, в королевский кабинет, а может, в тюрьму. Наплевав на приличия, я перебралась на сиденье к Геральту и тесно прижалась. Любимый рассеянно обнял. Пальцы его сжались в кулаки.

«Не думать о плохом, не думать!» – повторяла я словно заклинание, пока мы объезжали замок. Где же закончится наше путешествие? Оказалось, не в тюрьме: экипаж остановился у флигеля. На ступеньках, возле простенькой дубовой двери, маялись странные личности.

– Геральт, – шепотом спросила я, опасаясь, что соглядатай услышит, – а что мне будет? Я опрометчиво согласилась, а теперь боюсь.

– Не бойся, – теплое дыхание навсея щекотало ухо, – ничего дурного не сделают. Ты невиновна, Соланж подтвердил. Главное, не дай себя запугать.

Легко сказать! За моей спиной нет семьи, друзей, доблестного прошлого и воинских умений. Я всего лишь шестнадцатилетняя наиви, волей случая оказавшаяся в Веосе. Мне надлежит опасаться всего и всех.

Геральт быстро поцеловал меня в щеку и легонько подтолкнул. Как ни хотелось не размыкать объятия, пришлось перебраться на свое сиденье и терпеливо ждать, пока любимый церемонно подаст руку и поможет выйти.

Шесть ступенек. Трое провожатых: один впереди, двое позади. А дальше неизвестность.

Шаги гулким эхом разносились под сводами пустых темных коридоров. Складывалось впечатление, будто нас специально пытались запугать. Я жалась к Геральту, насколько позволяли приличия, и мысленно считала: это успокаивало.

– Сюда! – Одна из провожающих нас серых теней указала на шпалеру между арками с изображением охоты. Свет ручного фонаря выхватывал из мрака только пару футов пространства, ничего толком не разглядишь. – Дальше знаете, ваше сиятельство.

Геральт проводил недоверчивым взглядом удаляющиеся серые спины.

На миг я оказалась в кромешной темноте, но вот вспыхнул магический шар, и я смогла осмотреться. Похоже, нас привели в старую часть замка, в одном из залов которой Соланж проводил ритуал. Мы стояли у входа в большую комнату с шахматным полом. Больше ничего примечательного там не нашлось. Ни мебели, ни доспехов, ни каких-либо признаков жизни.

– Поторопимся! – Геральт тронул меня за плечо.

Он немного успокоился, хотя жилка на шее едва заметно пульсировала. Как по мне, расслабляться рано. Вся эта таинственность, темнота, тишина… Звенящая, будто в склепе.

Вспомнив о недавно разбуженных способностях, я прислушалась к пространству. Если здесь убивали, я почувствую. Если пытали – тоже. Медиум улавливает вибрации Сумеречного мира, слышит отголоски последних слов, сказанных перед смертью. Во всяком случае, так говорил Эллан и подчеркивал: чтобы стать хорошим медиумом, нужно много и долго учиться, а в наставники брать либо Чувствующего, либо Слышащего. Ясно, хотел приманить к себе, заставить ходить в Замок магов. С другой стороны, чем плох Эллан? Общаться с ним легко, главное – соблюдать правила игры.

Никто не кричал, в воздухе не витал соленый запах чужого страха – только моего собственного. То ли я пока слишком неопытна, то ли здесь действительно чисто.

– Дария! – В голосе Геральта звучало глухое раздражение.

Он ухватил меня под локоть и смело отогнул край шпалеры. За ней оказалась дверь. Без ручки, без замка, просто голые доски. Геральт начертил в воздухе спираль и коснулся двери перстнем. Та беззвучно распахнулась.

Стоило сделать шаг, как меня ослепила короткая вспышка. Открыла глаза я уже в кабинете королевы. Ее величество восседала в кресле, его величество пристроился за спиной супруги. Нам, очевидно, надлежало стоять: по этикету не положено сидеть в присутствии коронованных особ.

– Здравствуйте, Геральт, – сухо поздоровалась королева.

Зеленые глаза внимательно изучали лицо Свейна. Судя по поджатым губам, ничего хорошего разговор не сулил.

– Леди Дария. – Мне тоже перепал холодный взгляд.

Я присела в реверансе, гадая, отчего король молчит. Даже не смотрит, будто его и нет. Геральт отвесил супругам придворный поклон и подошел, чтобы поцеловать руку владычицы. Я пристально следила за выражением лиц короля и королевы. Если поморщатся, нам конец. Обошлось – в глазах читалось недоверие и осторожность. Гнева нет.

– Сядь! – Королева указала мне на место у своих ног. – А наш Законник постоит и объяснит, почему помогал одержимому. Я все знаю, Геральт.

Ее величество метнула на Геральта острый, будто кинжал, взгляд. Тот с честью выдержал его, не шелохнулся.

– Что именно, ваше величество? – вежливо осведомился Геральт.

Трепеща от страха за близкого человека, я села там, куда указали. Шелк платья королевы холодил кожу. Не менее прохладные пальцы на миг коснулись виска.

– Мы в курсе. Соланж уже все доложил. Или вы не проводили обряда очищения?