«Нынешние эротические традиции, будучи неполноценными, трансформируются в свободную любовь избранных — свободный брак. Таким образом, новая аристократия будущего не выйдет из искусственных стандартов человеческих сословий, а сформируется благодаря божественным законам эротической евгеники (селекции). Естественная иерархия человеческого совершенства заменит искусственные ранги: клеймо феодализма и капитализма. Социализм, начавшийся с упразднения аристократии и уравнивания всех людей, приведет к созданию новой аристократии и высшей точке дифференциации человечества. Здесь, в социальной евгенике, заложена высокая историческая миссия, которая еще не признана сегодня: двигаться от несправедливого неравенства к справедливому, от обломков псевдоаристократии к истинно новой аристократии… сегодня многие еврейские лидеры все еще имеют внешние признаки несвободного, подавляемого человека. По этим признакам зачастую опустившиеся аристократы выглядят более благородно, чем выдающиеся евреи. Эти недостатки еврейства, порожденные его историческим развитием, исчезнут вследствие дальнейшего развития. Создание государства (главная цель сионизма), вкупе с физическим воспитанием освободит еврейство от остаточных признаков гетто, которые оно еще несет в себе. То, что это возможно, доказывает развитие американского еврейства. Фактическая свобода и власть, которой евреи добились, постепенно изменят самосознание, а самосознание постепенно сформирует внешние признаки свободного и сильного народа».
Рихард фон Куденхове-Калерги, «Практический идеализм», 1925 г. Так что кто там в большей степени выводил «расу господ» методами социальной селекции — это еще вопрос. Как заметил немецкий журналист Г. Хене: «Коль скоро сионисты и национал-социалисты возвели расу и нацию в масштаб всех вещей, то между ними неизбежно должен был возникнуть общий мост» [8]. К слову сказать ни один (!) из придворных немецких расологов, таких как Ганс Ф.К. Понтер, Фриц Ленц, Ойген Фишер и Людвиг Фердинанд Клаус не сел на скамью подсудимых в Нюрнберге. Все они продолжали преподавать после 1945 года и возглавлять кафедры. А Людвиг Фердинанд Клаус даже удостоился памятной стелы в свою честь в иерусалимском музее холокоста «за защиту евреев с риском для своей жизни» [34]. Это позже понятия холокоста и евгеники стали прочно ассоциироваться друг с другом. Философ и сионист, член Еврейской академии Лео Штраус придумал следующий силлогизм: «Гитлер верил в евгенику, X верит в евгенику, следовательно, Х-нацист». Лео Штраус не упоминает, что раса стала мерилом всего в первую очередь именно для сионизма, когда движение столкнулось с необходимостью отбора претендентов для возвращения: кого считать евреем, и соответственно имеющим право на возвращение, а кто ассимилирован безвозвратно для еврейской расы.
Владимир (Зеев) Жаботинский рассуждал следующим образом: «Территория, язык, религия, общая история — все это не является сущностью нации, а лишь придает ей ту или иную форму… Сущностью нации, единственной опорой ее уникальности являются ее особые физические свойства, то есть присущие лишь ей одной расовые характеристики… Ведь если лишить нацию разнообразных покровов, сотканных из исторических событий, особых климатических условий, окружающей природной среды и прочих внешних факторов, то единственное, что останется, — это ее расовое ядро». Вывод Жаботинского — это производная от постулатов первого сионистского интеллектуала, который и ввел в 1891 году в обиход термин «сионизм», Натана Бирнбаума, по мнению которого возникновение нации определяет исключительно биология. Иначе никак невозможно объяснить природу существования еврейской нации, сыны которой принадлежат к различным культурам и разговаривают на разных языках.
Восприятие нации как «этнического» образования было общим для всех направлений сионизма. Хотя настоящий основатель сионистского движения Теодор Герцль, который отдал этой идее все свои деньги и жизнь, придерживался точки зрения, что евреи — «исторически сложившаяся общность, нация, внутри которой уживаются различные антропологические характеристики», для многих именно они стали критерием отбора для возвращения. Начало было положено одним из основателей биологического факультета Иерусалимского университета, входившим в число его попечителей, Редклифом Натаном Саламаном (1874–1955). В 1911 году в первом номере Journal of Genetics была опубликована его статья с описанием того, что существует «еврейская аллель», ответственная за присущие еврею внешние особенности, которые можно распознать по форме черепа, чертам лица и размерам тела. Живший в подмандатной Палестине доктор Мордехай Ворохов в 1922 году выдвинул предположение, что «в тайной войне культур, идущей между народами, побеждает тот, кто заботится о расовой чистоте и улучшает биологические качества своих потомков». Правая рука и доверенное лицо Теодора Герцля, Меир Симха Зюдфельд, взяв себе более высокопарное имя Макс Нордау, стал автором популярной книги «Entartung» («Вырождение»), предостерегая мир от модернистского искусства, гомосексуализма и прочих психических заболеваний. На втором сионистском конгрессе он заговорил об «утерянном мускулистом еврействе» (muskul-judentum) и необходимости создания физически развитой расы. «Ни для одной расы, ни для одного народа физическая культура не имеет столь важного воспитательного значения, как для нас, евреев. Она поможет нам выпрямиться как в физическом, так и в духовном смысле». Консервативные идеи Макса Нордау были настолько популярны, что в США даже были основаны евгенические клубы, носящие его имя.
