Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 80
24 сентября 1951 года Кристина Йоргенсен сделала первую из трех операций – удаление яичек и превращение полового члена во влагалище. Через три месяца после последней операции новости дошли до американской прессы.
Йоргенсен вернулась домой знаменитой и начала карьеру артистки в ночном клубе. Она честно признавалась, что не умела ни петь, ни танцевать, но, по ее словам, «я каким-то образом взлетела и превратилась из неудачницы из Лос-Анджелеса в звезду всемирно известного ночного клуба, и мое имя появилось на афишах Бродвея, – и это все произошло всего за год»[10].
Многие американцы читали статьи и наблюдали за выступлениями Йоргенсен с похотливым интересом. Датского доктора Гамбургера завалили письмами отчаявшиеся иностранцы, умоляя сделать им операцию. Он направлял американцев к доктору Гарри Бенджамину, эндокринологу, который специализировался на вопросах пола и сексуальной ориентации в своих клиниках в Нью-Йорке и Сан-Франциско.
СОГЛАСНО ВСЕМИРНЫМ ОПРОСАМ, ОТ 0,3 ДО 0,6 % ЖИТЕЛЕЙ НАШЕЙ ПЛАНЕТЫ СЧИТАЮТ СЕБЯ ТРАНСГЕНДЕРАМИ.
Бенджамин написал книгу The Transsexual Phenomenon («Феномен транссексуальности») – эпохальный труд, в котором продвигалась идея, что трансгендерная идентичность имеет биологические причины, а не вызвана психологической травмой или плохим воспитанием, как считалось ранее[11]. Еще он написал предисловие к автобиографии Йоргенсен, описав здоровую, нормальную семью Йоргенсенов – очаровательную мать и отца, который стал сыну отличным примером для подражания. Бенджамин объяснил, что научные данные говорят о том, что ощущение себя мужчиной или женщиной зарождается в мозге развивающегося плода. Подробности тогда были довольно расплывчатыми, но, по его словам, «это достаточно сильная возможность, которая вполне может низвергнуть с трона догму психоаналитиков, что единственной причиной транссексуальности является воспитание в детстве»[12]. Кроме того, он разделил «транссексуалов», которые хотели сменить пол, и «трансвеститов», которые предпочитали носить одежду противоположного пола, но не считали, что живут в неправильном теле. (Термин «транссексуал» был в ходу до 1990-х годов, после чего был вытеснен понятием «трансгендер».) Бенджамин отправлял многих своих пациентов, которые хотели сделать операцию, к команде из госпиталя Джонса Хопкинса, делавшей операции интерсексуальным детям. Доктор Говард Джонс, хирург-гинеколог, с удовольствием делал подобные операции. Годы спустя он говорил, что, едва прочитав газетные репортажи о Кристине Йоргенсен, решил, что раз уж европейцы делают операции по смене пола, то и он тоже сможет.
Джонс считал эту операцию сложной задачей, которую ему предстоит решать; он отрабатывал методики и создавал операции, которых даже в учебниках не было. Он считал, что в госпитале Джонса Хопкинса собралась самая лучшая команда экспертов по вопросам трансгендеров: эндокринологи, психологи, урологи и пластические хирурги, которые отлично сработались благодаря операциям на детях с неоднозначными гениталиями. Клиника гендерной идентичности госпиталя Джонса Хопкинса официально открылась в 1966 году; то была первая трансгендерная клиника в рамках серьезного медицинского учреждения. (Они работали с несколькими пациентами-трансгендерами еще в 1950-х годах.) Команда из госпиталя Хопкинса требовала от своих пациентов два года носить одежду противоположного пола и пройти психологическую комиссию, прежде чем начинать гормональную терапию и делать операцию, – этот протокол был основан скорее на предположениях, чем на конкретных научных данных.
Джонс вспоминал, что его жена Джорджанна, директор отдела репродуктивной эндокринологии, разделяла его энтузиазм, но беспокоилась из-за протестов. Впрочем, страхи оказались беспочвенными, и клиника открылась без особой шумихи. (А вот 14 лет спустя, когда Джонсы открыли одну из первых в США клиник по ЭКО в Норфолке, штат Вирджиния, протестующие пытались забаррикадировать вход.)
Многие из тех, кто считал, что живет не в том теле, приезжали в Балтимор: их привлекали экспансивные взгляды на гендер, продвигаемые Джоном Мани, входившим в команду госпиталя Джонса Хопкинса. Он, как уже было указано ранее, утверждал, что на формирование гендера влияют семь факторов, причем в их числе – не только хромосомы и анатомия гениталий, но и поведение и самоощущение[13]. Тем не менее в то же время стабильный приток пациентов, утверждавших, что их гендерная идентичность отличается от той, в которой их воспитывали, разрушала одну из главных догм теории Мани – что гендерная идентичность пластична вплоть до возраста 18 месяцев. Именно эта догма заставляла врачей делать операции интерсексуальным детям, таким как Бо Лоран в 1950-х годах, и даже превращать мальчиков с микропенисами или после неудачного обрезания в девочек до возраста 18 месяцев.
Сейчас ученые понимают, что развитие мозга в утробе играет важнейшую роль в формировании гендерной идентичности, но точные подробности все еще узнать не удалось[14]. Исследования на животных дают определенные наводки. Классический эксперимент 1959 года продемонстрировал, что самки крыс, родившиеся после того, как их матерям делали инъекции тестостерона во время беременности, имеют неоднозначные гениталии и пытаются покрывать других самок, как самцы[15]. Но вот что по-настоящему шокировало ученых: после того как уровень тестостерона спал и самкам сделали инъекции эстрогена и прогестерона, грызуны все равно продолжали покрывать самок. Это было одно из первых указаний на то, что мозг жестко программируется еще до рождения, и программу невозможно изменить гормональной терапией. Однако это исследование, равно как и несколько последующих, было посвящено брачному поведению, а это совсем не то же самое, что гендерная идентичность.
«Люди, даже некоторые ученые, постоянно говорят о гендере животных, и, может быть, у них действительно есть гендер, но мы этого никогда не узнаем. У животных мы можем узнать только пол», – говорила Лесли Хендерсон, кандидат наук, профессор физиологии и нейробиологии в Гейзелевской школе медицины Дартмутского колледжа[16]. Другие ученые показали, что сексуальное поведение у животных связано не только с размножением: оно также используется для демонстрации агрессии или доминирования. Иногда секс используется для обмена на еду. Таким образом, добавляет Хендерсон, нужно с большой осторожностью делать выводы о «сексуальной ориентации» или «гендерной идентичности» из подобного поведения.
Дальнейшие исследования на грызунах[17] указали на разницу в размерах небольших областей мозга вблизи гипоталамуса у самцов и самок[18]. Если говорить о людях, то скопление клеток неподалеку от миндалевидного тела, которое называется опорным ядром терминального тяжа (BNST), вдвое крупнее у мужчин, чем у женщин. Это же верно и в случае с другой областью мозга неподалеку от гипоталамуса, которая называется INAH3 (сокращение от «переднее интерстициальное ядро гипоталамуса»). Влияет ли как-то размер этих областей на гендерную идентичность, неизвестно, и, как предупреждает Хендерсон, размер – это еще не все: «Возможно, дело в чем-нибудь другом – в нейротрансмиттерах, в количестве связей или вообще в чем-то третьем».
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 80
