Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 118
(Эльф безымянный, что живет всегда
Там, где людского не было следа),
Тогда молись, ты обречен мученью.
Секунду мы смотрели друг на друга, потом разомзасмеялись.
— Маленькая литературная дуэль, — ехидносказала Светлана. — Счет: один — один. Жаль, зрителей нет. А почему По осталсянеинициированным?
— Среди поэтов вообще много потенциальныхИных. Но некоторых кандидатов лучше оставить жить людьми. У По была слишкомнеустойчивая психика, давать таким особые способности — все равно что пиромануподарить канистру с напалмом. Я даже не рискну предположить, на чью сторону онвстал бы. Скорее всего, ушел бы в сумрак навсегда, и очень быстро.
— А как они там живут? Те, кто ушел?
— Не знаю, Светлана. Да и никто не знает,пожалуй. Иногда их можно встретить в сумеречном мире, но общения, в привычномпонимании, не случаетется.
— Я хотела бы узнать, — Светлана задумчивооглядела зал. — А ты заметил здесь Иного?
— Старик за моей спиной, что говорит посотовому?
— Какой же он старик?
— Глубокий. Я же смотрю не глазами.
Светлана прикусила губу, сощурилась. У нее уженачинали просыпаться маленькие амбиции.
— Пока не получается, — призналась она. — Дажене пойму, Светлый он или Темный.
— Темный. Не из Дневного Дозора, но Темный.Маг средней силы. Кстати, он нас тоже заметил.
— И что мы будем делать?
— Мы? Ничего.
— Он же Темный!
— Да, а мы — Светлые. Что с того? Какработники Дозора, мы вправе проверить у него документы. Они наверняка впорядке.
— А когда мы вправе будем вмешаться?
— Ну, если он сейчас встанет, взмахнет руками,превратится в демона и начнет откусывать всем головы…
— Антон!
— Я вполне серьезен. У нас нет никаких правмешать честному Темному магу отдыхать.
Официант принес наш заказ, мы замолчали.Светлана ела, но без всякого аппетита. Потом обронила, обиженно, как капризныйребенок:
— И долго Дозор будет так пресмыкаться?
— Перед Темными?
— Да.
— Пока мы не получим решающего преимущества.Пока у людей, становящихся Иными, даже мимолетного колебания не будет, чтовыбрать, Свет или Тьму. Пока Темные не вымрут от старости. Пока они не смогутподталкивать людей ко Злу с той легкостью, как сейчас.
— Но это ведь капитуляция, Антон!
— Нейтралитет. Статус кво. Обе стороны вцейтноте, что уж скрывать.
— Знаешь, Дикарь, который в одиночку наводитужас на Темных, мне куда симпатичнее. Пусть он нарушает Договор, пусть даже невольноподставляет нас! Ведь он борется с Тьмой, понимаешь ты, борется! Один противвсех!
— А ты не думала, почему он убивает Темных, ноне выходит на контакт с нами?
— Нет.
— Не видит он нас, Светлана. В упор не видит.
— Он ведь самоучка.
— Да. Талантливый самоучка. Иной с хаотическипроявляющимися способностями. Способный увидеть Зло. Не способный разглядетьДобро. Тебя это все равно не пугает?
— Нет, — мрачно сказала Светлана. — Извини, ноне пойму, куда ты клонишь, Оль, извини, Антон. Ты заговорил совсем как она.
— Ничего.
— Темный куда-то пошел, — глядя через моеплечо, сказала Светлана. — Сосать чужие силы, творить злобные заклинания. А мыне вмешиваемся.
Я слегка обернулся. Увидел Темного — внешнеему, действительно, было от силы лет тридцать. Со вкусом одетый, обаятельный.За столиком, где он сидел, осталась молодая женщина и двое детей — мальчик летсеми, девочка чуть младше.
— Отлить он пошел, Света. Пописать. А егосемья, кстати, вполне обычная. Никаких способностей. Их тоже предлагаешьликвидировать?
— Яблочко от яблоньки…
— Скажи об этом Гарику. Его отец — Темный маг.До сих пор жив.
— Бывают исключения.
— Вся жизнь состоит из исключений.
Светлана замолчала.
— Я знаю этот зуд. Света. Творить Добро,преследовать Зло. Сразу и навсегда. Я сам такой. Но если ты не поймешь, что этотупик — кончишь сумраком. И кто-то из нас будет вынужден прервать твое земноесуществование.
— Зато я успею.
— Ты знаешь, как будут выглядеть твои действиясо стороны? Психопатка, убивающая нормальных, хороших людей налево и направо.Леденящие душу описания в газетах. Звучные прозвища — «московская Борджиа»,например. Ты заронишь в человеческие сердца столько Зла, сколько бригада Темныхмагов за год не сотворит.
— Почему у вас на все готов ответ? — с горечьюспросила Светлана.
— Да потому, что мы прошли через ученичество.И выжили. В большинстве своем — выжили!
Подозвав официанта, я попросил меню. Сказал:
— По коктейлю? И двинемся отсюда? Выбирай.
Светлана кивнула, изучая винную карту.Официант, смуглый, высокий, нерусский парень, ждал. Он всякого навидался, и дведевицы, одна из которых вела себя как мужчина, его тоже не смущали.
— «Альтер Эго», — сказала Светлана.
Я с сомнением покачал головой — коктейль былиз самых крепких. Но спорить не стал.
— Два коктейля и счет.
Пока бармен готовил коктейль, а официантвозился со счетом, мы сидели в тягостном молчании. Наконец Светлана спросила:
— Хорошо, с поэтами все понятно. Они —потенциальные Иные. А как со злодеями? Калигула, Гитлер, маньяки-убийцы?
— Люди.
— Все?
— Как правило. У нас — свои злодеи. Их именаничего не скажут людям, а у вас скоро начнется курс истории.
«Альтер Эго» оказался правильным. Два тяжелых,несмешивающихся слоя колыхались в бокале: черный и белый, сладкий сливочныйликер и горькое темное пиво.
Я расплатился наличными, не люблю оставлятьэлектронных следов, поднял бокал.
— За Дозор.
Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 118
