P.S. Пасьянс – ужасно скучная игра, я представить себе не могу, за что ты ее так любишь. Фэллон вошел в свою спальню и заморгал от разноцветья, бросившегося ему в глаза. Он привык к цветам, которые покрывали каждую поверхность в комнате, но сейчас здесь появилось довольно много дополнений к декору.
– Вижу, ты получила холст и краски, которые я послал утром.
– Ах, мой захватчик вернулся! Ты не оставил меня увядать, как цветок после цветения! – воскликнула Изабель и быстро обернулась, чтобы поприветствовать его, опустив кисточку. На пальцах у нее все еще была бледно-зеленая краска.
Он усмехнулся, услышав приветствие, но не ответил на него. Теперь он мог оставить ее только на короткое время, достаточное, чтобы выполнить одно дело, так что увядание едва ли ей угрожает. Да и вряд ли Изабель может увянуть на солнце, она просто расцветет еще ярче. Сосредоточив внимание на четырех картинах, прислоненных к различным поверхностям вокруг Изабель, Фэллон подошел ближе. Яркие разноцветные пятна краски были разбросаны на зеленом и синем фоне. Что это, сад? Судя по всему ни одна из этих картин еще не закончена.
– У меня в спальне мало цветов? – спросил он с оттенком иронии в голосе.
– Нет, у тебя на стенах полно роз, – откликнулась Изабель и положила кисточку на палетку с красками рядом с собой. – Я просто подумала, что с этими картинами у тебя появится какое-то разнообразие.
– Так и есть. – Фэллон прошел вглубь комнаты, разглядывая ближайшую картину, прислоненную к ножкам прикроватного столика. – Они такие… веселые. Мне больше всего нравится вот эта, с розами.
Изабель подошла ближе и встала рядом с ним, оценивающе разглядывая свою работу. Склонив голову набок, она с минуту смотрела на холст и наконец заявила:
– Это – яблоки.
Он внутренне сжался от допущенной ошибки и поспешил поправиться:
– Ах да, они же растут на дереве в саду.
– Собраны в корзину, скоро их отнесут продавать на базар, – сказала Изабель с укоризной.
– Ха, – хмыкнул он, – ну конечно! Вот теперь и я вижу. Ты столько времени провела в окружении великих произведений искусства, и это явно повлияло…
Звонкий смех Изабель заставил его замолчать.
– Я не хотел тебя обидеть. В твоих картинах столько рвения, буйства фантазии.
Она снова засмеялась, да так, что схватилась за его руку, и в глазах у нее заблестели слезы.
– Рвения, – повторила она, заходясь от смеха. – Не думаю, что моя выставка в музее не за горами.
– Может, и нет, но мне нравятся твои картины.
– Сэр, вы можете оставить себе мои бесценные творения и украсить ними стены вашего прекрасного дома.
