Вон та грузная женщина с двумя большими авоськами, ругающаяся в трамвае с кондуктором, думаешь, она хочет ругаться, хочет быть серьезно-суровой?
Как бы полно душа ни была заполнена злостью и раздражением, как бы сильно ни хотелось кого-то ударить и укусить, мы все равно больше всего расположены к доброму и светлому. Практически любому из нас ближе к сердцу улыбка, чем гримаса презрения. Нам ближе радость, тепло и солнечность, чем пасмурное и гневное расположение духа. Нам ближе легкость и открытость в отношениях, а не каждодневный просчет своих манипулятивных стратегий в общении. Так?
– Мастер, что же тогда получается? Хотим хороших отношений, более светлых и открытых, а продолжаем сидеть в луже конкуренции? Почему? – почти вскочив с места, воскликнул ученик.
– Честно признаюсь, всех причин не знаю. Но знаю то, что мы почему-то боимся делать первый шаг, боимся быть первыми.
Вот парадокс, вся жизнь посвящена соперничеству, стремлению стать первыми, а как дело доходит до отношений – первым попросить прощения, признать свою ошибку, улыбнуться прохожему, открыться и довериться, то на «беговой дорожке» никого нет. Или все сразу становятся такими вежливыми, что не сдвинутся с места, пока кого-нибудь не пропустят вперед: «Только после вас»…
Иди, попроси прощения – сделай шаг навстречу, – первым! Ну уж нет! Пусть она будет первой. А я еще немного пообижаюсь, подожду, мне некуда торопиться.
Но стоит только улыбнуться, как тебе улыбнутся в ответ. Не все, конечно. Кто-то настолько зачерствел и погряз в соперничестве, что просто не сможет понять, что же произошло. Кто-то с первого раза может не поверить в искренность (без «фиги» в кармане) твоей улыбки. И все же большая часть людей тут же облегченно вздыхает: «Ну наконец-то! Хоть кто-то решился. А мы уж думали, что не дождемся», и начинают раскрываться в ответ.
Сделай этот шаг, будь по-настоящему первым. Ведь кто-то же должен первым начать жить солнечным центром души, чтобы за ним потянулись остальные. Почему бы этим человеком не стать тебе?..
Думаю, что ты сможешь найти массу причин, по которым не стоит начинать первым: улыбаться, открываться, светиться, просить прощения, признавать свою ошибку, неправоту. Все так, но чего ты хочешь больше? Положи на одну свою ладонь все эти причины, а на вторую – свою улыбку, теплые слова поддержки усталому кондуктору в автобусе, что перевесит?
Взвешивай поступки душой, а не «головой»!
Как ты хочешь, чтобы люди относились к тебе? Хочется, чтобы они тебе улыбались? Хочется, чтобы они чаще протягивали руку поддержки и сотрудничества, а не ставили подножку? Хочется, чтобы глаза людей светились теплом и принятием, а не желанием обойти? Так устрой себе это! Как?
«Как аукнется, так и откликнется», – знакомо? Начни с себя. Улыбнись, и вскоре улыбка бумерангом к тебе вернется (но не ожидай, что сразу же, на следующий день). Протяни руку, и скоро кто-нибудь протянет руку тебе. Стань первым, кого-нибудь обойди, и скоро кто-то обойдет тебя. Смотри на людей, как на соперников, и многие так же будут смотреть на тебя. Чего же тебе хочется больше от людей окружающих? Какого отношения, каких лиц? Помни, что мир – это просто-напросто зеркало, отражающее тебя и состояние твоей души. Посмотри, что ты излучаешь в мир, как смотришь на окружающих, что несешь в душе навстречу им? Не это ли получаешь от мира в ответ?..
Очень давно на Востоке жил царь Акбар. Сложной личностью был этот царь. Например, он мог совершенно неожиданно что-нибудь такое сделать, от чего у людей иногда волосы «дыбом вставали».
Как-то он неожиданно ударил по лицу стоявшего рядом человека. Вначале этот человек не знал, что делать, как реагировать. Ведь не спросишь же у царя: «Почему вы так поступили?» Но все же как-то реагировать надо, и этот человек влепил пощечину другому придворному. Придворный, долго не раздумывая, дал по уху еще одному человеку. Но царь всего этого уже не видел, он отправился по своим делам.
Наступила ночь, и вдруг Акбара совершенно неожиданно ударила его собственная жена.
– Что ты делаешь?! – воскликнул он.
– Откуда я знаю. Но это происходит по всей столице. Меня ударила твоя старшая жена. Я не могу ей ответить, но могу ударить тебя, вот и ударила.
– Вот это да! – сказал царь. – Моя собственная пощечина вернулась ко мне…
(Кукушкин С. А., Ганус Г. А., «Притчи. Ведический поток»)Так что… твое постоянно возвращается к тебе?
