Весенний ветер мне тебя принесИ аромат пьянящий нежных роз.Ты пламя алое зари,Моя любовь, мне подари.Чтоб солнца светлый луч сверкалВ звенящем мареве зеркалИ бледно-голубой закатВо всем остался виноват.
Винна не успела прочесть и страницы, как вдруг Конрад вскрикнул:
– Прочь! Все прочь из кареты! На ту сторону! – и выскочил наружу.
В то же мгновение экипаж внезапно сильно тряхнуло и он стал заваливаться на бок, как раз туда, куда выпрыгнул рыцарь. От толчка и крика проснулись барон и Далина.
– Что случилось? – воскликнул ничего не понимающий старик.
Молена выглянула из кареты и в ужасе закричала.
– Скорее! Скорее! Все вон! Мы сейчас опрокинемся!
Это был самый опасный участок пути. Слева поднимался невысокий, но крутой холм, справа простирался довольно глубокий овраг. Стекающие по склону холма потоки размыли край дороги и под тяжестью кареты он обрушился. Заднее колесо экипажа уже висело в воздухе. Лошади скользили в грязи, но их совместных усилий было недостаточно, чтобы удержать и выпрямить карету. Они уже были бы на дне оврага, если бы не Конрад. Выскочив наружу, он успел подставить плечо, и теперь отчаянно пытался удержать чудовищный груз. Сапоги юноши скользили на глинистом склоне, лицо исказила нечеловеческая гримаса.
Вняв отчаянным воплям Молены и слуг, барон и женщины наконец выбрались из кареты. Кучер тоже покинул козлы и изо всех сил понукал лошадей.
– Бросьте, Конрад! Она вас раздавит! – закричал в отчаянии старик.
В то же мгновение одна из лошадей, оступившись, упала, увлекая за собой всю упряжку. Крик ужаса вырвался одновременно у всех, кто это видел. Теперь гибель бесстрашного юноши была неизбежна.
– Рубите постромки! – закричал Конрад, – Быстрее!
Он все еще удерживал карету и это было просто чудом! Барон торопливо выхватил меч и с трудом, постоянно скользя и едва не падая, добрался до упавшей лошади, которая билась в упряжи, пытаясь подняться и тем самым еще больше усложняя ситуацию.
– Отец! – Молена в ужасе ломала руки.
Хотя положение барона было не столь опасным, как у Конрада, он тоже сильно рисковал, приближаясь к брыкающейся лошади и к краю осыпающегося склона. Винна закрыла глаза руками и отвернулась, чтобы не видеть. Далина торопливо молилась.
Барон двумя взмахами меча обрубил постромки и упавшая лошадь скатилась на дно оврага. Он сам упал, но успел вонзить в землю меч и тут же поднялся, держась за его рукоять. Вместе с кучером старик стал тянуть за узду оставшихся лошадей, стараясь удержать экипаж от падения.
– Бросайте ее, Конрад! Уходите! – закричал он. – Вы все равно ее не удержите! Уходите, пока не поздно!
Вместо того, чтобы его послушать, юноша вдруг отчаянным рывком приподнял карету и вытолкнул ее на дорогу. Как только все четыре колеса коснулись почвы, усилия лошадей, кучера и барона, наконец, увенчались успехом и экипаж сдвинулся с места. Видя, что опасность уже не так велика, слуги бросились подталкивать карету сзади и вскоре она оказалась в безопасном месте.
Конрад выбрался на дорогу, сгорбившись и едва переставляя ноги. Молена бросилась к нему первой.
– Вы целы? С вами все в порядке? – спрашивала она, пытаясь ощупать грудь и плечи юноши под испачканной и изорванной в клочья рубашкой.
Рыцарь мягко отстранил ее и прислонился спиной к карете, видимо, не имея сил стоять. Подошел весь облепленный грязью барон.
– Где там в порядке! У парня, по крайней мере, сломана ключица. Не висни на нем, дочка, он и так еле держится на ногах. Вы с ума сошли, Конрад! Это просто чудо, что вы не упали и карета вас не раздавила.
– Мы все обязаны вам жизнью, – дрожа то ли от холода, то ли от пережитого волнения, сказала приблизившись Винна.
– Что верно, то верно! – воскликнул старик. – Лежать бы нам всем сейчас на дне этого оврага с переломанными костями… Ну, и отчаянный же вы человек, де Вильен. Барон Грид де Моран у вас в неоплатном долгу.
Словно в насмешку над происходящим, в разрыве туч вдруг мелькнуло солнце. Дождь стал утихать и, хотя сверху все еще падали потоки воды, ветер прекратился и небо немного посветлело. Впрочем, путникам было уже все равно. Теперь все они были мокрыми до последней нитки.
– Зачем вы продолжали держать карету, после того, как мы выскочили? – с мягким упреком произнесла Молена, вытирая рукавом грязь со щеки юноши. – Вы могли погибнуть!
– Не мог же я позволить, чтобы Риорон утонул в грязи. Уж больно хорошие стихи, – улыбнулся Конрад.
При виде его кривой улыбки Винна вдруг всхлипнула, бросилась ему на грудь и зарыдала, уткнувшись в плечо.
– Винна! – строго и удивленно произнесла дочь барона.
– Винна, – пытаясь ласково отстранить девушку, мягко произнес рыцарь, – ну что вы! Я и так весь мокрый.
В это время со дна оврага раздалось исполненное муки ржание. Конрад отодвинул Винну уже решительно, вынул меч и в два прыжка оказался внизу.
– Боже, что он делает! – всплеснула руками Молена.
– Он хочет добить животное, госпожа, – пояснил один из стражников, – чтобы не мучилось.
– Конрад, не подходите к ней близко! – закричал встревоженный барон. – Она вас искалечит!
Несчастная лошадь билась на дне оврага, разбрасывая вокруг комья жидкой грязи. Юный рыцарь держа меч в правой руке, медленно приближался к ней, вытянув вперед левую руку и что-то негромко повторяя.
– Конрад, Бога ради, осторожнее! – крикнула Молена.
– Отойдите от края! – подняв голову вверх, воскликнул юноша. – Он может опять обвалиться.
