Сообщение взорвалось, как глубинная бомба, Грей стонала от отчаяния, в последний раз попытавшись объясниться:
Я клянусь, я не говорила ему!
Но больше ни слова, ни многоточия не пришло от пропавшей женщины.
Из всех кафе в городе Иан О’Доннелл должен был вломиться именно в это.
Иан пришел.
Изабель увидела.
И теперь она ушла.
А Ноэль Лоуренс — она тоже ушла, и ее мать, кажется, даже этому не удивлена. Тем более, видимо, Бебекка Лоуренс и не собиралась нанимать сыщиков, чтобы найти свою дочь. Такие люди, как Ноэль, они как герпес — постоянно рядом, пока не исчезнут, но даже тогда они тут как тут.
А Изабель… Было ли действительно случайностью, что Иан появился именно в этой кофейне именно в то время, когда Изабель согласилась встретиться?
Какова была вероятность произошедшего?
Ее телефон снова завибрировал, получив еще одно сообщение.
Эй.
Хэнк. Серьезно? Сколько дней прошло с их последней ночи вместе? Она забралась в машину.
Угадай, где я?
С тяжелым сердцем Грей напечатала
У черта? Потому что это именно то место, куда ты можешь пойти.
С ним все было кончено. Совсем как у каждой восемнадцатилетки с модной поп-группой и парфюмерным спреем для тела, с разноцветными резинками и милыми игрушками.
Не будь такой.
Она повернула ключ зажигания и нажала на кнопку включения стереосистемы. Энджи Стоун пела о том, что больше не ест и не спит.
Угадай, где я?
Хэнк теперь был бельмом на глазу, и он не уйдет, пока она не выгонит его.
Ладно, ты в баре, делаешь мою любимую «Маргариту».
Грей откинулась на подголовник, закрыла глаза и вспомнила, как Бобби говорил о том, что не позволит незнакомой женщине водить его машину. Что бы он сделал следующим? Позвонил бы Ти? Позвонил бы Изабель? И кого он так сильно избил, что его костяшки…
Ее телефон завибрировал.
Селфи Хэнка, стоящего напротив указателя «Бидри тавер». У него в руках был букет красных роз и бутылка премиальной текилы. Его глаза блестели как арктический лед.
Увидимся.
— Какого черта он делает у меня…
Телефон дрожал в ее трясущихся руках, она ненавидела себя еще больше, чем его. Она пригласила его к себе домой, они спали вместе у нее дома, он остался на ночь у нее дома. Конечно, он «удивит» ее таким образом.
Ее жгло изнутри, этот огонь исходил из ее груди и проникал в мысли. Она будет гореть, пока огонь не поглотит ее, затем загорится машина, взорвется, и все проблемы Грей наконец-то будут решены.
Наверно.
Увидимся.
Но не в такой пробке. Как будто каждая машина, у которой были коробка передач и радио, решила сделать воскресную поездку, несмотря на то что была среда. Нигде не было ни миллиметра свободного места. Шоссе было переполнено, как летом в Диснейленде.
Долбаный Хэнк.
Он проник незамеченным в ее дом. Это нормально? Мужчины просто… появляются? У нее больше не было понимания, каким должно быть правильное поведение, она даже не читала любовных романов, не смотрела романтических комедий. Ее последние «нормальные» отношения привели ее в Калифорнию. Это та самая «нормальность»? Ей она не нравилась, она бы дала Хэнку понять это, особенно так, как он даже не потрудился позвонить или написать ей с… с… утра пятницы?
