Тук-тук, за окномТихо плачет навь.Старый дом, старый дом…Окончание жутковатой песенки потонуло в какофонии звуков, обрушившихся внезапно. Громче всего я слышала собственное дыхание. И шорох одежды. Голос Ким словно раздавался из соседней комнаты.
Я открыла глаза, но ничего, кроме темноты, не увидела. Дрожащей рукой коснулась стен, ощупала свое вместилище и с ужасом поняла, что нахожусь в каменном саркофаге. Приступ паники был жестко подавлен. Рыдания и метания не помогут, особенно в присутствии Ким.
– Слышишь меня, Кортни? У тебя еще не кончился воздух? Молчишь? Правильно молчишь, слова еще пригодятся. Скажи, Кортни, где записи Кристалл? Куда ты их спрятала, сестренка?
– Размечталась, – прохрипела я и закашлялась.
– Что-что? Не слышу, говори громче! Кортни, скажи, где записи, и я тебя выпущу.
Она думала, я поверю?
– Кортни, ну что ты как маленький ребенок, в самом деле? Из нас я младшая. Подумай, чем ты рискуешь. Герберт мертв, Кайла в доме совсем одна, Диналия, ничего не подозревая, пьяная спит дома. Зачем тебе упрямиться?
Я уперлась ладонями и ногами в крышку и что было силы надавила. Мне даже показалось, что удалось на пару сантиметров приподнять крышку, но силы быстро меня покинули. Ким звонко засмеялась.
– Не получится, – сообщили мне. – Я тут сверху сижу. Слушай, я все равно их найду, только тебе будет уже все равно. Воздух у тебя быстро кончится, а в этот саркофаг никто даже не заглянет. Тут, кстати, папа рядом, передает тебе привет. Пришлось его вытащить, а то вам вдвоем места там совсем не осталось. Да, дорогая, мне жаль, что так вышло с Гербертом. Ты его любила, я знаю. Тебя утешит то, что он защищал тебя?
Я почувствовала, как спазм лишил возможности говорить, но только стиснула зубы и предприняла вторую попытку поднять крышку.
– Упорная. Тоже, кстати, качество папочки. Он продержался дольше, чем я думала. Кортни, на что ты надеешься? Скажи, где записи Кристалл, и я тебя отпущу. У меня есть куча денег, я просто уеду – и забудем, что мы сестры. Пойдет?
– Не пойдет! – не выдержала и рявкнула я.
На этот раз я не толкала крышку, а сдвигала в сторону. Собрав остатки сил и магии, я сосредоточилась на одном усилии и каким-то чудом сдвинула крышку. Образовавшийся зазор был достаточным, чтобы я перехватила крышку удобнее и резко толкнула.
Сидевшая на крышке саркофага Ким с визгом упала на каменный пол.
Едва я выбралась, сестра бросилась ко мне, от удара о стену я потеряла способность дышать. Голова взорвалась болью, и я била почти на ощупь, но все же смогла ударить Ким в солнечное сплетение, затем еще и еще. Она сложилась пополам, кашляя, задыхаясь, и какой-то части меня вдруг стало страшно: я запросто могла ее убить!
Воспользовавшись секундным промедлением, Ким снова бросилась ко мне, доставая револьвер, но к этому я была готова. Перехватила ее руку, сжала что было сил и вывернула. Ким пронзительно закричала, роняя оружие. Однако боль или ярость не затуманили ее разум. Ногой сестра отбросила револьвер как можно дальше, не давая мне преимущества. Удар в живот отбросил меня назад.
От приступа головокружения я едва не упала. Пришлось схватиться за стену, а Ким вскочила, сделав молниеносный выпад.
Блеснула сталь, и острое лезвие полоснуло мне по животу, оставив глубокую кровоточащую царапину. Я зашипела от боли, отшатнувшись от сестры, а та примерилась ко второму удару.
