Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 125
— Ах ты гад! — закричал Томас. — Откуда ты...
Чудовище бросилось с ревом, Томас отступал, размахиваямечом, в голове билась только одна мысль: не споткнуться бы, не упасть, прыгализ стороны в сторону, чудовище проигрывает в скорости, зато его толстую шкуруне берет меч, а устанет, похоже, раньше человек...
Вдруг Томас радостно вскрикнул: за спиной чудовищазашевелился распростертый Олег, но когтистая лапа мелькнула перед лицом снепостижимой скоростью. Томас дернул головой, избегая удара, однако в шлемударило, словно бревном. Он ощутил, как отрывается голова, его подбросило ввоздух, безвольное тело перекувыркнулось и с металлическим грохотом обрушилосьоземь.
Хрип вырвался из раздавленных легких, Томас стонал, не всилах шевельнуть даже пальцем. Чудовище с победным ревом двинулось к нему,огромные лапы растопырены, пасть распахнулась. Олег начал приподниматьсявдалеке, но руки подломились, он упал лицом в траву.
Зверь навис над Томасом, огромная пасть приблизилась,зловонное дыхание ударило в лицо. Томас зажмурился, в черепе грохот крови итупая боль, почему-то послышался стук копыт, звон железа. Над ним раздался ревтакой силы, что задрожала земля, а кипящая кровь застыла и превратилась в лед.
Он заставил себя поднять тяжелые, как скалы, веки. Чудовищевыгнулось, словно пораженное в спину, вскинуло голову, пальцы Томасаинстинктивно сжались на рукояти... которой нет, удобный момент вонзить лезвиемеча дракону в горло, там тонкая кожа, можно вогнать по самую рукоять... Онначал шевелиться, чувствуя себя искалеченным, с перебитыми руками и ногами,раздавленными внутренностями, а чудовище отодвинулось и резко развернулось,подставив ему спину.
Томас ахнул, из спины зверя торчит копье, настоящеерыцарское копье, всаженное едва ли не до половины! Голову едва не взорвал новыйяростный и раздраженный рев, чудовище отшатнулось, размахивает лапами. Толькосейчас Томас разглядел, как в сторону метнулся всадник на удивительно стройномтонконогом коне, в руке блестит узкая изогнутая полоса стали, а сам он весь вкольчужной сетке...
Чудовише пошло на всадника, его раскачивало, лапы загребаютвоздух все неувереннее. Всадник внезапно развернул коня навстречу, Томас ахнули едва успел вскрикнуть: «Дурак, не смей...», как герой метнулся к чудовищу.Огромные смертоносные лапы с жутким костяным звуком ударились ладонями. Томасуловил треск сломанных когтей, затем раздался жуткий рев смертельно раненногочудовища, что в отличие от простых зверей прекрасно понимает, какая ранасмертельная.
Земля вздрогнула от удара. Зверь распростерся на пять шаговв длину, непомерно длинные руки раскинул, когти со скрежетом царапают землю.
Всадник легко спрыгнул с коня, Томас разглядел смуглоехудощавое лицо, из-под кольчужной сетки выбиваются иссиня-черные волосы. Лицовыбрито чисто, но Томас представил его с бородкой и усами, прошептал:«Сарацин... Откуда он взялся?» Тонкая кольчуга покрывает широкие плечивсадника, в поясе перехвачена широким ремнем, заканчивается на середине бедра,штаны из прекрасно выделанной кожи, сапоги — любому королю носить не зазорно,ножны кривого сарацинского меча украшены золотыми накладками в форме полумесяцаи звезды.
Застонав, Томас сделал чудовищное усилие и заставил себя поднятьсясперва на колени, потом нащупал меч и, опершись, воздел себя на ноги. Олег тожевстал и, шатаясь, брел к ним, глаза дикие, чудовище его в самом деле засталоврасплох и ударило первым.
Сарацин смотрел на них с холодным интересом.
— Живы?.. Это хорошо.
— Хо... рошо, — согласился с ним Томас. —Ты... завалил его... очень умело.
Сарацин отмахнулся.
— Главное, что успел вовремя и спас вам жизни.
— Успел, — снова согласился Томас.
— И спас жизни, — подчеркнул сарацин. Томаскивнул.
— Да-да, без тебя бы он нас вбил в землю...
Олег встал с ним рядом, дыхание его уже выровнялось, зеленыеглаза пристально всматривались в таинственного пришельца. Сарацин окинул и егобезразличным взглядом, повернул голову к коню. Тот услышал свист, примчалсялегкий и прекрасный, абсолютно непригодный для тяжеловооруженного рыцаря, ностремительный, неуловимый и незаменимый там, где требуется скорость.
Сарацин, не обращая внимания на спасенных, одним прыжкомвскочил в седло, разобрал поводья. Томас, видя, что таинственный всадник сейчасускачет обратно, закричал:
— Постой, скажи свое имя!..
— И почему ты пер за нами? — поинтересовался Олегмедленно. — Я тебя засек, хотя ты и крался, аки лис за курами.
Сарацин повернул коня на юг, но на вопрос Олега оглянулся,вскинул брови.
— В самом деле заметил? — спросил он снедоверием. — Я думал, двигаюсь незаметно. Меня однажды спас франк... там,у нас в благословенном Аллахом крае. Я не смог вовремя вернуть ему долг, онгде-то погиб. Потому приехал с купцами в ваш край, а когда услышал, что вы двоепоехали в опасное место, я вскочил на коня и двинулся следом. И двух дней непрошло... Так что я дарю жизни вам двоим, тем самым освобождаюсь от долга передпрезренным франком.
Томас дергал обеими руками смятый шлем, пытаясь совлечь сголовы.
— Да, ты благороден... Но за одну жизнь две? Или чтобуж наверняка?
Сарацин ответил высокомерно:
— Мог бы спасти только твоего спутника.
— Я имел в виду, — сказал Томас, — его какраз мог бы и не спасать!
Сарацин усмехнулся, чуть подался вперед, и конь, понимаякаждое движение, сорвался с места. Прогремела частая дробь копыт, обаотдалились и скрылись так быстро, словно улетел гигантский стриж.
Олег ухватил обеими руками шлем, железо затрещало,выравниваясь, Томас охнул, когда ворвался свежий воздух, а сильные руки каликиотшвырнули шлем. Мучительно болит все тело, в боку острая боль, это ужезнакомо, явно пара ребер сломана, но что за дрянь доспехи, сминаются, какгнилая жесть...
Он с почтительным страхом поглядывал на великанскогодракона, сейчас вот, распростертый во всю длину, выглядит еще громаднее. Даже влежачем положении его чудовищная грудь на уровне его, Томаса, пояса, а рукивдвое толще, чем у Томаса бедра.
Олег помог ему снять железо, усадил, Томас мрачно наблюдал,как отшельник развел костер, поставил греть травяной чай. Двигается так, словноэто не по нему пришелся первый удар гигантской лапы, а так, рядом по валунамстукнули для острастки. Лицо уже задумчивое, явно про болотного дракона забыл,о Высоком мыслит. Или размышляет о странностях благородных людей, что дают воттакие странные обеты или как боятся оставаться в нравственном долгу, хотя отаком долге, кроме них, никто и не узнает...
Аллах узнает, мелькнула мысль. Сарацину стыдно передАллахом, как христианину стыдно перед Пречистой Девой, если совершитнедостойный поступок. Такой рыцарь тоже не найдет себе места, пока неочистится...
Ознакомительная версия. Доступно 25 страниц из 125
