Часть вторая. Королевство
Глава 1. Школа войны
21 августа 1185 года. Сегодня у короля Филиппа знаменательный день: ему исполняется 20 лет! С чего же начинать такой день? Безусловно, с турнира. Церковь запрещала эти «ярмарочные игрища», как она их называла, но запрещения без конца нарушались, даже несмотря на угрозу отлучения.
Ристалище решили устроить на набережной, которая вскоре получит название «Августинцев». Место для «игрищ» – от Малого моста до королевского дворца по другую сторону реки. Словом, левый берег Сены близ монастыря Сен-Жермен-де Пре. Отсюда вниз по реке тянулся до бывшего римского некрополя широкой луг, который очень скоро станут называть Пре-о-Клерк, что переводится примерно как «лужок для писарей». Место было нежилое, если не считать аббатства, и за несколько дней до турнира здесь начали стучать молотки и топоры. К нужному времени все было готово: скамьи для зрителей, трибуны для высокопоставленных особ, барьер и ограда, у которой теснились крестьяне и горожане. С обеих сторон ристалища – лотки, палатки, коновязи. Все это для конных перекупщиков, трактирщиков и продажных женщин. К концу турнира они толпой собирались сюда в ожидании солидных барышей, когда победители распродавали то, что с полчаса назад принадлежало побежденным. Последние ломали голову над тем, где найти средства для выкупа. Словом, деньги. В то время это была решающая сила. Все строилось на деньгах. Все покупалось и продавалось за деньги. Монета – способ откупиться от господского постоя сеньора, от барщины и других повинностей. Денье, су, ливры – за это запросто продавали дружбу, честь, даже детей. За деньги сеньор освобождал вассала от обязательной воинской повинности. А Церковь – та еще хищница – продавала в виде индульгенций отпущение грехов и посмертную милость Божью. Торговали даже магистры наук, продавая свои знания школярам, чтобы было чем заплатить продажным женщинам. Поэтому каждый турнир являлся своего рода игрой: победишь – и твои карманы полны монет; упадешь с коня – и ты нищий. А потом, борясь с нуждой, недалеко и до предательства, продажи собственного достоинства и верности данному слову.
Заканчивая о деньгах, бросим еще взгляд на сеньора. Он предпочитает натуральный оброк с крестьян. Потом его откупщик или арендатор продает весь этот товар. В результате денег столько, сколько сеньору и не снилось. Короче говоря, деньги проникают во все общественные отношения, они – движущая сила войн и, стало быть, власти.
Но вернемся к турниру. К полудню стали собираться его участники и зрители. Король с королевой сидели в центре самых высоких трибун. Слева и справа от них – придворный штат и духовенство, возглавляет которое архиепископ Реймсский, одетый в длинную рясу из грубой ткани; поверх рясы – белый стихарь, покрытый епитрахилью. Рядом с ним канцлер в парчовой ризе. Ступенями ниже – женщины, почти все в блио. На ножках можно увидеть туфли из кожи, конечно, кордовской – самой дорогой. У мужчин башмаки и длинноносые туфли. Блио тоже длинное, до щиколоток. Под ним – котта, под коттой рубашка из легкой реймсской ткани, тоже длинная, выглядывает из-под блио. Некоторые придворные в безрукавных плащах, которые свободно оборачиваются вокруг тела и удерживаются шнурком. Конец августа, на улице не очень-то тепло, поэтому люди так одеты.
Что касается дам, то нет среди них, пожалуй, таких, которые не отвечали бы понятию «женская красота». Ибо в те времена красивой считали женщину с узким станом, светлым глазами, белокурую и с овальным лицом. Нужную форму лицу придавали с помощью чепцов, шапочек с валиками и без них, платков, шаперонов.
Но вот из конюшен вывели боевых[44] лошадей, и вскоре к ристалищу с обоих торцов подъехали рыцари. На каждом из бойцов гибкая кольчуга и шлем, в руках щит; поверх кольчуги – сюрко из холста; на ногах кольчужные штаны. Грудь, плечи и голова коня защищены кожаным панцирем, кольчугой или железными пластинами.
