Глава 1
Псих плюхнул в обе кружки и поставил бутыль на стол. Едва не промахнулся, но сумел удержать равновесие. Это правильно, а то за разбитую бутыль я бы гаду начистил рожу. Редко когда попадается такое хорошее пойло. Да ещё и чистое как слеза! А пробирает до самой души.
– За Лупоглазого, – сказал я и проглотил в один глоток. – Фух, хорошо идёт!
Псих проворчал нечто неразборчивое, но явно одобрительное. К нашему приезду помощник уже успел принять на грудь, а с тех пор мы с ним употребили ещё две бутылки можжевеловой настойки, которую гнали хозяева «Доброй дороги».
Вот кстати и они, оба – муж и жена. Муж стоял за стойкой и колдовал с бутылками, переливая из одной в другую. Жена с подносом ходила между столами. И если при взгляде на хозяина сразу становилось понятно: прежде парень орудовал на большаке, то, разглядывая жёнушку, я точно знал: с такой хорошо покувыркаться в постели. Большие сиськи, большая задница и длинные русые волосы – всё, как мне нравится.
Пока мы разбирались с бутылками, я успел перекинуться с хозяйкой парой-тройкой фраз. Чуть позже, когда баба ставила на стол миску с мясом, я накрыл её ладонь своей. Лиса, как звали хозяйку, прищурилась, наклонила голову и сняла мою руку.
– Много вас тут таких, – хмыкнула она и кивнула на мужа, здоровенного бугая, изрядно обросшего жирком. – Мой любит таких спать укладывать. Кулак-то у него тяжёлый.
– У меня тоже. – Мы встретились взглядами, и Лиса совсем не торопилась отводить глаза. – И не только кулак.
– Этот, – кивнула она на скалящегося Психа, – болтал, типа ты главный в вашей банде?
– Отряде, мы – отряд. «Черепа», – ухмыльнулся я, разглядывая гладкое розовое лицо. – И да, я – командир. А чё?
– Да ничё, – рассмеялась она и убрала пустые миски из-под свиной похлёбки. – Рожа у тебя – самая тупая из всех. Хоть и смазливая, как мне нравятся.
– Дык чё тогда теряешься? – Я заметил, что муженёк Лисы хмуро смотрит в нашу сторону. – Муж – не стена. Его и подвинуть можно.
– Городок у нас маленький, – Лиса, видать, решила съехать со скользкого базара, – спокойный. А твои охламоны разбрелись и глупостями занимаются. Угомонишь?
– Так они сами угомонятся. – Мы опять встретились взглядами. – К вечеру. Ты ж сама знаешь.
– Знаю, – поморщилась Лиса. – Сколько вас, таких беспокойных, уже забредало. Но всё ж таки, как старший, предупреди, чтобы до смертоубийства не доводили. А я подумаю.
– Подумай. А я уж своих балбесов как-нибудь усмирю.
Лиса уже вроде пошла, но остановилась и кивнула в сторону угла помещения, где за небольшой загородкой разместились Хлоя и Джессип. Да и то, «Добрая дорога» оказался самым пристойным кабаком во всём Корпетсе. Ну и постоялый двор тут ничего себе. Где же ещё нашим дворянчикам брюхо набивать?
А вообще, это надо было видеть. Когда мы только подъезжали, то встретили блондинчика за лигу до Корпетса. Он торчал посреди тракта и всё прикладывал ладонь к бровям. Явно граф не сразу скумекал, что в повозке едем именно мы, а когда сообразил, то чуть не затоптал своим конём наше пегое недоразумение, успевшее к этому времени совершенно выбиться из сил.
Стоило Хлое выбраться наружу, как Джессип тотчас так её обнял, что я реально ожидал услышать треск костей. Величие чего-то там бормотала блондинчику в ухо, а тот молча гладил её по спине. Ну, казалось бы, чего ещё бабе нужно? Вот тебе мужик, пущай и придурочный дворянчик, но временами ничего себе. Тебя на руках готов таскать, чего ещё? Но нет, Хлоя мягко отпихнула Джессипа, а тот, лопух, даже ничего не сказал. Посадил впереди себя на коня и ускакал.
– Как думаешь, присунет он ей али нет? – задумчиво спросил Кошель.
– Дурень ты, Кошель, – отозвался Свин. – У благородных нет такого – присунет.
– Чё, совсем нет? – недоуменно спросил доверчивый Кроль. – А детишек они как делают?
– Дубина, слов таких нет: присунет, – подключился Хорёк. – У их оно зовётся – заняться любовью али интимная близость.
– Хрень какая-то! – с досадой отозвался Кошель. – Так присунет али нет?
