«За 40 дней наступления в январе-феврале 1945 года. Германия потеряла 350 тысяч солдат и офицеров пленными и не менее 800 тысяч убитыми» (с. 179).
«В результате этих наступательных боев Красной Армии немцы потеряли в течение трех-четырех месяцев более 800 тысяч солдат и офицеров пленными и около миллиона убитыми» (с. 188).
Итого, если устранить наложение данных за пересекающиеся интервалы времени, суммарных потерь у гитлеровцев на Восточном фронте набегает без малого 16 млн. Что сей цифровой орнамент значит на самом деле? Да ничего он не значит. Разве только что в начале войны, когда дела шли особенно скверно, советскому командованию приходилось компенсировать реальные провалы совсем уж нереальным враньем. Германия голодает, истекает кровью, «еще полгода, может быть годик…». Это ноябрь 1941 г.
Анализ цифрового орнамента свидетельствует, что тов. Сталин и его последователи ради пропаганды завышают победные показатели так же непринужденно, как занижают потери. В несколько раз — за милую душу. Рутинный технологический момент обращения с населением — с цифрами и фактами в руках. В начале пути они сочиняют про марксизм и научно обоснованное светлое будущее, в середине выдумывают небывалые хозяйственные достижения, в конце, после закономерного провала, замазывают дыры кровавыми соплями и валят на врагов и вредителей. Отсюда понятный вывод: строить на основе советских официальных данных сколько-нибудь адекватную картину Большой войны и оценивать эффективность сталинского менеджмента категорически не следует. Советская статистика, как и советская агиография, не инструмент описания действительности, а инструмент конструирования победных иллюзий.
Но главная проблема коммуникативной памяти опять-таки не в этом. Куда проще — сложить победные реляции по годам и поинтересоваться: а не слишком ли, уважаемый товарищ, у вас мясисто выходит? Неужто среди 190 (170?) миллионов советских людей не нашлось нескольких десятков специалистов, способных провести такую простую проверку? Нет, нет, что вы! Никто и никогда. Во-первых, голову оторвут раньше, чем закончишь подсчет. Во-вторых, кто и где станет слушать (кроме следователя НКВД)? В-третьих, если ближе к современности. Ну, как-то неловко. Нехорошо, непатриотично. Сталин же! Победа. Всяких лимоновых-мединских-прохановых-стариковых-ямпольских набежит — замучишься избу проветривать.
Это как раз и называется: деградация социокультурной среды. Мединским-ямпольским в ней хорошо, а правде плохо. Хотя они, конечно, думают иначе: отличная среда! Просто замечательная. Ровно то, что надо. Вставшие на правильную вертикальную точку зрения персонажи хорошо кушают и размножаются в ней в геометрической прогрессии. Покуда опять всю крупу в закромах Родины не потравят и стропила не подгрызут. А когда рухнет, в очередной раз с гневом расскажут про удар в спину. Что, вообще говоря, верно: мышеловка с бесплатным сыром чаще всего бьет именно по спине. Но и по голове тоже бывает.
Эпическое вранье — знак и основа деградирующей ментальности. А следовательно, и реальности, потому что советская реальность по сути своей виртуальна. Эпосом вместо научной истории подпирают свою идентичность племена, но не нации. Средневековые вожди, но не лидеры современных государств. Раз когнитивный механизм удалось унизить до бинарного «мы» и «они» и нет никакой исторической истины, то «мы», конечно, всегда правы. А тогда какая разница, кто там кому сколько насчитал. Это и не вранье вовсе, а такая умная и полезная военная хитрость. Чтоб народ вдохновить, отмобилизовать и одержать Победу. К подсчету голосов на выборах это тоже относится.
