Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 85
теперь, когда над ней не властна паранойя Сары. Брай знает, что однажды они снова обретут друг друга, но не сейчас, когда обеих переполняет страх.
Брай кажется себе пятном в голубом утреннем небе, пока она, поддавшись уговорам Эша и психотерапевта, едет на машине к врачу. Она решила записаться к новому врачу после того, как признала, что небольшая доза антидепрессантов — возможно, неплохая идея. Как сказала Катерина, «только в качестве поддержки на ближайшие несколько месяцев». Это часть плана Эша и Катерины — помочь Брай принять тот факт, что суд состоится, даже если она будет пытаться его игнорировать. Она должна быть эмоционально подготовлена. Для Брай планировать на день вперед — все равно что представлять себе мир до своего рождения. И все же она пытается все сделать правильно.
Брай приезжает на несколько минут раньше, останавливается возле одного из любимых кафе Элизабет. Она сидит в машине пять минут, чтобы опоздать и не торчать в приемной, где ее могут узнать. Когда доктор приглашает ее, Брай видит, как администратор поднимает голову и, наморщив лоб, пару раз повторяет: «Брайони Коли», — а потом поворачивается к коллеге с вопросом, где она могла слышать это имя. Опустив голову, Брай быстро идет к высокой женщине — ее новому терапевту, в небольшой белый кабинет.
— Здравствуйте, Брайони, я доктор Фишер, — доктор указывает на стул напротив, и Брайони послушно садится. — Я здесь недавно. Рада познакомиться.
— Добрый день, — говорит Брай.
Доктор Фишер кладет ногу на ногу. Она ведь должна знать, кто такая Брай?
— Итак. Чем я могу вам помочь?
Чтобы не смотреть на доктора Фишер, Брай разглядывает пару размытых картинок на стене, явно нарисованных маленькими детьми, и начинает произносить заученные в машине слова.
— Ну, мне было тяжело последние несколько месяцев, и я плохо себя чувствую. На самом деле, очень плохо. Сложный период в ближайшее время не закончится, и мой психотерапевт, Катерина Кенной — вы должны были получить от нее письмо, — порекомендовала мне начать курс антидепрессантов. Только, пожалуйста, в небольшой дозировке.
Лишь закончив свой короткий монолог, Брай поднимает голову и смотрит на доктора Фишер. Теперь, после всех косых взглядов, комментариев в Сети и происшествия той ночью на Сейнтс-роуд, Брай готова к битве, едва переступает порог коттеджа. Поэтому ее удивляет, что доктор Фишер не усмехается и не косится на нее хмуро. Нет, она смотрит на Брай внимательно, без обвинения и жалости, а с участием, напоминающим о Розалин.
— Да, я читала о вас и вашей семье. Вам приходится переживать ужасный опыт.
Ага, началось. Брай опускает голову в ожидании упреков. Но упреков нет. Доктор Фишер поворачивается к компьютеру, что-то печатает и одновременно говорит:
— Так, давайте посмотрим.
Брай видит на экране письмо от Катерины. Доктор Фишер читает его, кивая, и снова поворачивается к Брай.
— Нужно, чтобы вы заполнили несколько бланков, и затем я смогу выписать вам рецепт. Но для начала вот что, — говорит она.
Брай краснеет и начинает нервно переплетать пальцы. Вот оно: осуждение, отвращение.
— Я хочу, чтобы вы знали: вы можете прийти и поговорить со мной в любое время, — говорит доктор Фишер. — Я врач, но мне тоже бывает тяжело, когда нужно вести моих детей на вакцинацию. Прошлой ночью я не могла заснуть и все думала, правильно ли я поступила.
Брай чувствует, как напряжение спадает, она может разжать стиснутые зубы.
— Моя мама говорит, что быть родителем сегодня сложнее, чем когда-либо. Постоянно приходится принимать решения, и по любому вопросу всегда есть множество мнений. К тому же нас вечно заставляют испытывать чувство вины — если что-то идет не так, люди всегда обвиняют мать. В общем, я хочу сказать, если у вас появятся вопросы о вакцинах или о чем-то, связанном с медициной, запишитесь на прием, и я помогу всем, чем смогу. Хорошо?
Слова доктора Фишер — будто теплый ветерок, овевающий Брай, и ее глаза увлажняются. Ей хочется обнять доктора Фишер, но та уже повернулась к компьютеру со словами:
— Вот и отлично. Сейчас я распечатаю бланки, и мы с вами начнем.
Эш и Брай ужинают печеным картофелем и остатками рагу, сидя по-турецки на подушках вплотную к черной железной печке и едва не обжигаясь об нее.
— Ага! Вот и доказательство, что порядочных людей больше, чем плохих, разве нет? — говорит Эш, когда Брай рассказывает об утренней встрече с доктором Фишер.
Они заканчивают ужин в тишине и покое, а потом Эш говорит:
— Сегодня звонил Эд.
Брай случайно роняет вилку, и та со звоном падает на пустую тарелку. Она всегда становится неуклюжей, когда речь заходит об адвокате или о суде.
Брай с трудом выдавливает:
— Так, и?..
Эш залпом допивает воду и смотрит Брай прямо в глаза. Это предложила Катерина: теперь они стараются смотреть друг на друга, а не отворачиваются, если им сложно что-то сказать. Брай буквально чувствует, как ему хочется отвести взгляд. Бедный Эш. Но он не сдается.
— Похоже, Королевская прокурорская служба сняла дело, которое было назначено к слушанию перед нашим. Журналисты проявляют такой интерес, что наше дело решено поставить раньше. Но Эд сказал, что из-за Рождества нам могут уделить не так много внимания, он думает, что это может сыграть нам на руку. Он доволен. Я сказал, что поговорю с тобой и сообщу ему завтра.
— Когда начнется слушание? — еле слышно спрашивает Брай.
Эш прикрывает ладонями скрещенные лодыжки Брай. Она тянется к теплу его рук.
— Они предлагают понедельник, девятое декабря. Эд говорит, все закончится до Рождества.
— Черт, это уже…
— Через три недели.
По поручению Эша Эд дважды пытался уладить дело до суда, но обе попытки были решительно отвергнуты. Брай знала, что так и будет. Элизабет никогда не договаривается, она сражается.
Брай выдыхает, надув губы.
— Да, это гораздо раньше, чем мы ожидали, — Эш говорит осторожно, словно от одного неверного слова Брай может взорваться. — Но, как сказал Эд, чем раньше начнется, тем раньше закончится, и мы сможем жить дальше, по-настоящему жить своей жизнью.
Брай несколько минут молчит, и наконец Эш спрашивает,
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 85
