«И сказал тогда Сиба Первейший: «Мы сделаем так просто, как возможно, но не проще этого», и великая мудрость была в словах Сибы, который знал больше многого, а потому мог выживать даже в таких местах, где всяческих нужных для жизни вещей было меньше малого».
Гномская легендария, сказанье о заселении южного ТакаронаЮгрунн Слышатель стоял у оконного проема и смотрел в сад камней, на пустой яшмовый валун, свой любимейший камень – оказывается, валуну очень шёл сидящий на нём золотой дракон, и немного жаль, что сейчас он там не сидит. Смотрел на колонны, где сегодня не стояли машины-стрелуны – вместе с механистами они патрулировали сад по обычным своим маршрутам.
Прежде всё это обилие машин и все эти системы безопасности, отдающие сверхподозрительным умопомешательством, Югрунн называл данью традиции. Даже недавнее известие о том, что хробоиды стали подбираться к самому Узлу Воспоминаний, то есть к границам владений Гимбла, не повлияло на жизнь города: до Узла всё-таки полтора дня пути, а город и прилегающие к нему подземья по большей части стоят на камнях и окружены подземными реками воды и лавы. Конечно, для порядка стражие дозоры усилили и дополнительные машины собрали, но хотел бы Югрунн посмотреть на хробоида, которому хватит упорства добраться до города. Однако на днях гном по имени Кьярум, вернувшийся из глубинных подземий, принёс тревожные вести и страшные истории и, если только сам гном не помешан, то стражей, воинов и машин в Гимбле меньше, чем надо.
Югрунн даже велел привести этого гнома в свой прекрасный сад, желая лично расспросить его в присутствии Ндара, а также тех, кого всё это должно было коснуться в первую очередь: Фрюга Шестерни, старшего векописца Брийгиса Премудрого и старшего стража Дворцового квартала Ульфина Рьяного – малорослого и очень плечистого гнома в неизменных кожаных доспехах, которые выглядели так, словно еще дед Ульфина ходил в них круглосуточно. Фрюг попросил позволения привести помощника, имени которого Югрунн не запомнил, зато заметил, как этот самый помощник и его советник Ндар Голосистый обменялись взглядами, многозначительными и мрачными, словно сбывается нечто нехорошее, чего они опасались настолько сильно, что даже не планировали никаких действий на случай наступления этого нечто. И едва ли оно относилось напрямую к угрозе а-рао, решил Югрунн, поскольку где а-рао, а где Ндар и этот гном?
Все, кто пришел сегодня в королевский цветочный сад, выглядели в нём неимоверно чужеродно: пушистость пиланий, буйство радонов, весёлые головы клевера над ковром зеленой травы – всё это до изумления плохо сочеталось с суровыми гномскими лицами. Особенно диким в этой красоте и запахах жасмина выглядел потрёпанный Ульфин с неизменным топором на поясе, который казался едва ли не больше его самого – страж имел право ходить по дворцу при оружии. Король стоял у окна, а остальные – перед ним, выстроившись почтительным полукругом и совершенно непочтительно попирая сапожищами травяной ковёр.
Пожалуй, только Ндар понимал, что Югрунн нарочно занял такое место, чтобы гости, располагаясь положенным по этикету полукругом, вынуждены были вытаптывать траву и от этого ощущали себя неловко. И только Ндар знал, что эту траву вытоптать невозможно даже при большом старании, она всё равно прорастёт изо всех щелей и будет выкладывать свои пушистые лапы на мощёную дорожку.
– Итак, нам стоит готовиться к новой опасности, которая зреет в подземьях, – заключил король, когда Пеплоед закончил свой рассказ, и поморщился: с утра Югрунна донимала особенно свирепая боль в колене, отдавала прострелами в бедро и спину, и стоило немалого труда сосредоточиться на словах Кьярума. – В-третьих, я желаю знать, сколь велики силы а-рао и машин, собравшихся в подземьях. Для этого, как я понимаю, потребуются разведывательные отряды, вероятно, усиленные нашими собственными машинами и, конечно, снабженные картами.
Глаза Фрюга Шестерни торжествующе вспыхнули под косматыми, летящими к вискам бровями. Брийгис растерялся:
– Мой король, но у нас никогда не было карт измененных подземий, ведь еще во времена драконьих войн… обвалы, новые русла лавовых рек, неясные ситуации с некоторыми дорогами, вдруг поменявшими направления… – он поперхнулся собственными словами и с надеждой обернулся к Пеплоеду: – Вот разве что только Иган Колотушке удалось заполнить хотя бы часть белых пятен, тогда у нас появится больше ясности, но, конечно, чтобы вполне решить вопрос с картами, потребовались бы десятки длительных экспедиций. Не говорила ли Иган о картах в то время, когда вы встречались с отрядом? Может быть, она догадалась дать вам несколько свитков с собой?
