22 июня (кажется…)
Я сейчас пишу, сидя в одном унылом месте на западном краю развалин Лондона, и слушаю, как на западе пушки стреляют. Как далеко разносится звук пушечного выстрела? Никто здесь не знает точно. Ясно только, что опять началась война и что Зеленая Гроза проигрывает. Пару раз на окраины развалин забредали беженцы. Потом уходили дальше – сами или после небольшого намека от лондонцев, которые прятались среди обломков и издавали зловещие звуки. Но что, если беженцев станет больше?
А если вслед за ними придут города и пригороды? И что, если Вольф Кобольд уже направляется сюда со своим Хэрроубэрроу?
В одном лондонцам не откажешь – они легко не сдаются. Все просто решили, что Новый Лондон должен быть готов к концу недели, и, хотя Лавиния Чилдермас и ее инженеры отнеслись к этому с сомнением, они понимают, что другого выхода нет.
Пока инженеры трудятся в Родильном отделении, остальные пакуют все, что может понадобиться на борту нового города, и посылают дополнительные патрули к западным окраинам. Поэтому я и сижу здесь под мелким дождичком, вместо того чтобы уютно сопеть в своей кровати в Крауч-Энде. Мы разбили лагерь между ржавых куч и спим сегодня под открытым небом (точнее, под нависающей железякой, чему очень рады, а то дождик моросит). Кэт Луперини, она главная в нашей маленькой компании, говорит, что нужно дежурить по очереди, пока остальные спят. У нее первая вахта, а я заступаю в…
Рен выронила карандаш и захлопнула блокнот. Сквозь мерный шорох дождя она отчетливо услышала птичий крик – условный сигнал, какими патрули перекликались между собой. Она побежала рассказать Кэт, но та уже и сама слышала.
– Это отряд Ходжа, – сказала Кэт. – Зовут нас на помощь…
Остальные участники патруля – Англи Пибоди и застенчивый мальчик помладше, по имени Эпоксидный Грунт, – проснулись и начали выбираться из-под одеял, хватаясь за фонарики и арбалеты. У Рен быстрей забилось сердце и, кажется, застряло где-то в районе гланд. Что, если патруль Рона Ходжа на юго-западной окраине заметил огни Хэрроубэрроу? Что, если передовые отряды Хэрроубэрроу уже рыщут среди развалин, готовые убивать всех, кто попадется на пути? Рен на ощупь вытащила короткую арбалетную стрелу из колчана у пояса и приладила ее к тетиве.
Птичий крик раздался снова. Кэт ответила таким же сигналом, и весь патруль быстрым шагом двинулся сквозь пелену дождя. Луна слабо светила из-за туч. Рен была рада свету, но ужасно боялась, что отстанет от остальных, потеряется и будет бродить по этому безумному царству ржавчины в одиночестве. Страшилки, над которыми она посмеивалась в Крауч-Энде, здесь, глухой ночью, казались до ужаса реальными. В голову лезли пугающие обрывки лондонского фольклора – Рен их нахваталась от отца. Темные потусторонние силуэты, населяющие кошмарные закоулки старого города, призраки Боадицеи и Джека-прыгуна и жуткие Уомблы[33], похитители мусора.
