Книга Орден тамплиеров. История братства рыцарей Храма и лондонского Темпла - Чарльз Эддисон

Истинное счастье, что до наших времен сохранилась древняя церковь Темпла, главный храм рыцарей-тамплиеров в Британии – самый красивый и совершенный памятник ордена из уцелевших, восстановленный в его безыскусном величии, таким, каким он был семь столетий назад. Счастье – созерцать его таким, каким он был, когда в его стенах священнодействовал патриарх Иерусалимский, когда закованные в броню рыцари Святого ордена Храма Соломона, поклявшиеся бороться за христианскую веру, разворачивали под его высокими сводами знамена с алыми крестами и возлагали на алтарь свои мечи для освящения.

Со времен правления Карла I и до не столь отдаленных времен церковь Темпла пребывала в печальном состоянии. За века ей пришлось претерпеть немало реставраций и неуместных поновлений, которые исказили ее облик и затмили неповторимую своеобычную красоту нагромождением современных украшений[521].

Вскоре после Реформации протестантские законоведы, воодушевленные страстным желанием уничтожить все символы папистской веры, скрыли под слоем белил великолепную потолочную роспись этого освященного веками здания; старинный мозаичный пол оказался погребенным под сотнями возов земли и мусора, а сверху, двумя футами выше уровня старого пола, положили другой, сложенный из старых каменных надгробий. Великолепные мраморные колонны были обезображены толстым слоем штукатурки и краски; красота резных арок и искусной лепнины померкла под слоями побелки. Древний храм, облаченный в соответствии с пуританскими представлениями того времени в строгие белые одежды, на века утратил свой первоначальный облик.

Позже, в царствование Карла II в Алтарном нефе установили строгие громоздкие скамьи, скрывшие основания изящных колонн; простые, но прекрасные каменные стены были обшиты дубовыми панелями восьми футов в высоту, которые заслонили интересные сводчатые ниши за главным алтарем в восточной части здания и изящный мраморный лавакрум, встроенный в южную стену. Элегантные готические арки, соединяющие круглый неф, или ротонду, – с прямоугольной, алтарной, частью здания, были перекрыты перегородкой из дубовых панелей со стеклянными окнами и дверями, разделившей здание на две части. Кроме того, в прямоугольном нефе был установлен массивный орган, украшенный коринфскими колоннами, пилястрами и греческим орнаментом. Эти нововведения изменили исторический облик церкви и исказили ее строгую красоту.

В восточной части церкви тогда же был установлен непомерно большой алтарь в «классическом» стиле, украшенный коринфскими колоннами, пилястрами и антаблементами, богато декорированный изображениями херувимов, гирляндами из листьев, плодов и цветов, тонко вырезанными и красивыми сами по себе, но тяжеловесными и неуместными в постройке готического стиля. Громоздкая, украшенная искусной резьбой кафедра, возведенная между колоннами, образовала своего рода преграду и «утяжелила» интерьер.

Часть этих дополнений, неуместных в столь древней постройке, недавно была устранена стараниями бенчеров (старейшинами) коллегии юристов Внутреннего и Среднего Темпла. Благодаря хорошему вкусу этих почтенных мужей и гражданской ответственности перед великим наследием прошлого историческое здание постепенно возвращает свой изначальный облик – потолок церкви заново расписан, мраморные колонны и мозаичные полы очищены и отреставрированы.

Этот величественный храм, ставший свидетелем важнейших исторических событий Британии, память о которых хранят его стены, имеет неповторимое очарование. Дух прежних веков почивает на его древних камнях. Входя под своды церкви, погружаешься в атмосферу тех суровых веков, когда сердца христиан были полны желанием освободить Святую землю из рук неверных.

В эпоху священного пыла Крестовых походов короли Англии, надменные папские легаты и суровые воины – прославленные тамплиеры – собирались в стенах лондонского Темпла, главном храме ордена в Британии. Под сводами древнего оплота тамплиеров нашли упокоение выдающиеся личности XII–XIII столетий, мраморные изваяния рыцарей в доспехах над захоронениями почтенных мужей и по сей день привлекают взоры пытливых путешественников.

Торжественные церемонии посвящения неофитов в братство ордена Храма, совершаемые при закрытых дверях после первой ночной стражи, строгое следование уставу, ночные бдения в церкви суровых монахов-воинов и слухи об ужасах покаянной кельи, – в былые времена все это способствовало созданию ореола таинственности вокруг этого священного здания и внушало обывателям чувство благоговейного трепета и суеверного страха, что породило странные и чудовищные россказни о безбожии и отступничестве братьев, о магии и колдовстве, приведшие к несправедливой и бесславной казни через сожжение на костре Великого магистра и многих сотен рыцарей-тамплиеров, а также к роспуску прославленного ордена и гонениям на братьев.

Первая и самая интересная часть церкви Темпла, именуемая в древних источниках Round church (Ротонда) или Nave (Неф), была освящена в 1185 году Эраклием, патриархом Иерусалимским, прибывшим в Англию из Палестины, как уже говорилось выше, чтобы заручиться поддержкой короля Генриха II в борьбе против грозного Саладина[522]. Над главными вратами в стародавние времена была начертана надпись[523]: «10 февраля, в год от воплощения Господня 1185-й, церковь сия была освящена во имя Пресвятой Девы Марии господином нашим Эраклием, Божьей милостью патриархом храма Вознесения, который пожаловал индульгенцию на пятьдесят дней всякому, кто будет ежегодно устремляться сюда»[524].

Прямоугольная часть церкви, именуемая в источниках Chancel (Алтарной), построенная с восточной стороны Ротонды, была освящена в день Вознесения в 1240 году, о чем сообщил историк Матфей Парижский, монах Сент-Олбанса, который лично присутствовал на церемонии.

«Приблизительно в то же время (1240 год от Р. Х.) была освящена достославная церковь в Новом Темпле в Лондоне, здание, достойное того, чтобы его увидеть; церемония свершилась в присутствии короля и множества знатных людей королевства, которые в тот же день, то есть в день Вознесения, по завершении освящения пировали по-королевски на великолепнейшем пиру, устроенном на средства госпитальеров»[525].