И вот сижу я, чисто зомби, У проклятого экрана, Если я лишусь хоть на день Фильмов или новостей, У меня начнутся ломки Хуже, чем у наркомана, Дайте дозу – хоть рекламу, Хоть погоду, хоть хоккей!
Две непересекающихся реальности в голове. Поскольку человеку всё-таки надо как-то жить, в мозгу возникают две реальности, два слоя, между которыми больному нужно переключаться. Разговоры с жителями Украины сейчас позволяют иногда видеть воочию это переключение, которое, похоже, происходит незаметно для зомбированного: у нас тут всё нормально, спокойно, тишь да гладь, не верь своему Киселёву… оружейные магазины все вымели, пустые полки… нет вообще никаких проблем, никакого мародёрства или бандитов, нет никаких фашистов… мы с жителями квартала начали патрулировать по ночам… выгнали злочинную владу, воров, всё теперь будет нормально, экономика наладится… бизнес, конечно, упал до нуля почти, кто ж сейчас будет машины покупать… вашу Россию Запад поставит на колени, заставит газ дёшево продавать… у нас горячей воды нет, все покупают нагреватели, проводка не выдерживает… мобилизация – это нормально, надо перебить донецких террористов… мы сына пока отправили в Белоруссию к тётке…
Похоже, что одна, лакированная идеологическим вирусом, реальность служит для общения, особенно с оппонентами, для повседневного существования, чтоб не нервничать, и для получения дофаминов, а для решения реальных жизненных проблем вирус-наездник иногда отпускает своего носителя во вторую реальность, где тому приходится видеть мир, как он есть, со всеми его реальными тревогами и ужасами, и принимать реальные решения типа «купить ружьё и патроны», «отправить детей к бабушке в Рязань».
В общем, реализовавшийся в жизни «Конгресс футурологов» С. Лема с его распыляемыми в воздухе галлюциногенами-масконами, маскирующими и покрывающими глянцем действительность, и отрезвляторами очуханами, показывающими подложку правды.
Поразительно, что при этом сам больной не замечает этих переходов из одной реальности в другую. Он как бы живёт своим ребёнком в оптимистической реальности СМИ и соцсетей, где вот-вот наступит Перемога и Одержание, а своим взрослым – изредка – в реальности роста цен, призыва детей, роста преступности, развала экономики и прочих рисков.
Излечение / ремиссия
Есть ли у болезни срок? Проходит ли она сама?
Вообще, похоже, при надлежащей подпитке апдейтами галлюциногенов, при непрекращающемся медийном потоке можно держать пациента с помощью одной и той же «линейки» вирусов в возбуждении довольно долго. Буквально годами.
Впрочем, у нас в России эта одержимость вирусами «разломаем СССР», лихорадка 1985–1991 годов всё же прошла – в 1993–1994 годах.
Насколько я помню, потом ещё был период апатии и крайнего нежелания думать о политике в 1996–1998 годах. То есть процесс выздоровления долгий, если никто не занимается очисткой и реабилитацией мозга больного и засевом его полезной естественной флорой.
Сами по себе ментальные вирусы в среднем довольно неустойчивы, одержимость вирусом без внешней подпитки обычно исчисляется днями или часами. Но надеяться на самоизлечение трудно: сейчас ментальные вирусы – это сериал с кучей сезонов…
Что делать? гигиена
Увы, я не могу дать инструкцию, гарантированное лекарство для уже зомбированного гражданина, потому что это всё равно что пытаться рационализировать чувства для влюблённого.
Что делать частному лицу, простому гражданину, чтобы не заразиться?
Ну, во-первых, необходимо знать, что бывают ментальные вирусы, к которым у вас нет и не может быть иммунитета. Быть осторожным. Помнить, что поток новостей и постов – заведомо мутный, загрязнённый.
